Голая правда одета в парадоксы

      Pov: Нелли       «Это перебор, она рехнулась» — думала я, глядя в зеркало. Я поправляла прическу и думала о произошедшем. Господи, как страшно за неё. Крис мне так дорога, я бы очень не хотела сама так рано потерять рассудок. Позвонить в такую рань да ещё и по поводу стёртой памяти? Ужас. Да, я ещё могу понять её по поводу этого странного звонка с Аней, в жизни действительно случается самая разная мистика, но стёртая память? Это уже перебор.       Я перебирала варианты того, что может произойти после моего приезда. После пары книг по психологии и фильмов этого же жанра, могу с уверенностью сказать, что психи никогда не сознаются в своём безумие. Если я ей скажу что у неё окончательно поехала крыша, она перестанет мне доверять. А это не сделает лучше. Вряд ли она мне поверит, я бы и сама не поверила, если бы мне говорили, что я схожу с ума. Напрямую нельзя говорить, точно будет конфликт.       К тому же, из-за проблем с доверием она может закрыться в собственном мире. А если и другие заметят или узнают? Будет моя сестрица сидеть в халате для безумных и путешествовать во времени с помощью шкатулки. Нет. Так нельзя. Я отложила расчёску в сторону и твёрдо решила, что обязана её вытащить.       Хотя у нас действительно случались некоторые странности — с заброшкой и вспомнить даже опять ту Аню… И конспекты которые она нашла. Я так же как и сестра ощущала будто у меня что-то украли прямо из-под носа. Может и правда что-то случилось? Маршрутка растрясла все мои мысли и я вырвала себя из череды раздумий, помотала головой и подумала: «Стёртая память это перебор!».       Крис открыла мне дверь. Её состояние было под стать погоде на улице. Мрачно, сырость какая-то влажная и туман. Обожаю такую погоду. Она похоже не спала почти всю ночь, наверное снова кошмары. Синяки под глазами, на голове словно вот-вот запоют птички в святом гнезде, даже выглядела она как-то жутковато. Есть же в фильмах те самые городские сумасшедшие, которые якобы видели НЛО и прочее. Они ещё бегают и орут об этом всё время. Хоть сестра и не выглядела лет на 70, да и пока что не орала про НЛО, но что-то общее у них определённо было. Мне невольно представилось, как в больнице её накачают препаратами и она будет сидеть на койке и смотреть взглядом в пустоту. От подобной картины, у меня мурашки пробежали по коже.       Сестра пустила меня в дом, где на кухне уже стояли кружки чая. Я сняла куртку и уселась, в ожидание её грациозной речи, взглядом ища острые приборы и места того, куда их можно спрятать. Я слышала, что безумцы опасны и агрессивны, и способны навредить себе или окружающим. Уже скептически настроившись я отхлебнула чай с мятой, оперлась на ладонь и сказала:       — Ну давай, показывай что у тебя там.       Крис, только этого и ждавшая, тут же вытащила две тетради. Она снова показала мне свои каракули. В тетради были странные руны. Я не успела в них вглядеться, как тут же мне под нос подсунули уже мою тетрадь. Так жутко мне было только ночью при просмотре ужастиков с сестрой.       — Это что за х*йня? – вырвалось у меня. Я вгляделась поближе. И действительно иероглифы её было не отличить от моих. Ну если Крис была замешана во всë такое мистическое, и, может даже, знала какие-то символы и как пишутся, то я то точно нет!       — А я о чем? Это руны, – она на секунду умолкла, прежде чем пояснить мне, — магические символы. Суть в том, что они одинаковые, какие у меня в тетради, такие и у тебя! Это честное слово не я подстроила. Сама убедись, – она кивнула в сторону моей тетради.       Я нагнулась и вгляделась. Почерк был моим, ручка моя, но символы я эти не писала. Волосы на руках встали дыбом и я почувствовала это даже под своей кофтой. Нервно усмехнувшись, отодвила тетрадь от себя и перевела на неё полный растерянности взгляд.       — Похоже кукуху у нас снесло одну на двоих... — потеряно произнесла я.       — Ага. Нас всех втихаря похитили инопланетяне и заставляют учить свой язык, поэтому мы эти символы и пишем! – заявила сестра с явной насмешкой. Я медленно перевела на неё взгляд, уже не скрывая своего отношения касательно её поведения. Она, очевидно, поняла это, поэтому пожала плечами и пояснила. — Просто шучу, — а вот мне совсем не до смеха.       — Так, погоди! — я потеряла виски, стараясь немного привести мысли в порядок. Поняв что это не работает, сделала глоток чая и уставилась на неё в ожидании. — Что ты там хотела сделать и куда пойти?       — В заброшенное общежитие! — тут же сказала Крис с подозрительным энтузиазмом. Я подавилась чаем, тут же начиная откашливаться. — Не умирай. Призраки в основном не могут покинуть место своей смерти, а я пока как-то не готова к тому, чтобы приютить здесь одного из них.       — Ты сейчас серьёзно? — вопрос скорее риторический. Я до последнего жду, что она просто скажет что это шутка, а из разных углов выпрыгнут наши друзья с камерами и с криками о том, какая я наивная. Вот только на календаре далеко не первое апреля, а май. Да и прятаться тут негде. — Идти ночью в богом заброшенное общежитие, где водится черт знает что, начиная от хронических алкоголиков и бомжей, и заканчивая непонятной нечистью?!       — А у тебя есть варианты получше? — интереса ради произносит она и улыбается настолько ехидно, что я невольно захотела вернуться к подготовке к экзаменам и нервно сглотнула. Делать нечего. Придётся преодолеть своих тараканов и идти за ней, поскольку она может и одна пойти туда. Вот только если мы пойдём вдвоём, шансов вернуться будет больше.       Мы вооружились до зубов. Это было странно, но я решила попробовать. На улице было темно, а уж в заброшенном здании у нас был риск вообще ничего не увидеть, так что мы прихватили по фонарику, а Крис взяла нож и спрятала его за пазуху. Я решила последовать её примеру, мало ли что? Но мне достался не нож, а какая-то маленькая зубочистка. Ну ничего, хоть что-то, чем я смогла бы кого-нибудь пырнуть. Уже внушает чувство фальшивой безопасности.       — У меня мама недавно в храм ездила и привезла оттуда святой воды, — неожиданно заявила сестра, вытаскивая большую пятилитровую бутылку, до верху залитую водой. Следом она вытащила пустую бутылку с дозатором, которыми обычно отмывают зеркала или окна.       Я смотрела на неё в ожидании, всем своим видом намекая, что от её слов про святую воду мне лучше не стало.       — Нужно ножики полить святой водой, как в фильме! — с безумством в голосе проговорила сестра. Я не стала ей перечить, уж мистика это точно её стезя. Она в мистике как рыба в воде.       Поэтому смиренно наблюдала за тем, как она наливает святую воду в бутылку, после этого ещё обрызгивает ею ножи, берет здоровую пачку соли, все складывает в портфель, и при этом ещё ворчит что-то не особо понятное. Может матерится на каком-то языке непонятном? Наконец она берет эти непонятные ключи и мы переглядываемся, после чего без слов направляемся к выходу.       Камни под ногами нарушали тишину и сестра всё же решила последовать их примеру.       — Почему ты написала эти символы именно тогда? Почему именно тогда, когда мы вроде как общались? — спросила Крис. — Уже тогда было что-то странное, но я правда не помню что, но что-то точно было было. И вот опять началось странная фигня, но только теперь уже я, пишу эти символы. У нас точно кто-то стёр память! – задорно продолжала она.       Она говорила это так, словно это самое смешное. Словно какая-то комедия. Словно не мы сейчас идём туда, где нас могут убить. И ведь никто нас там искать не будет. Сочтут пропавшими без вести.       — Да блин, по ощущениям я тоже помню, что там было что-то странное, но это же не значит, что нам кто-то стёр память. Просто многое забылось, всякие новые интересные вещи происходят... — я попыталась хоть немного отвести мысли в нормальную сторону. Что там вообще может произойти? Мы в случае чего просто портфелем маньяка ударим. Там чего только эта бутылка и соль весят, он точно вырубится.       — Наподобие тех, что тебе залезли в голову? — едко произносит она, а у меня снова мурашки. Не хочу это вспоминать.       — Ой ну подумаешь, разочек залезли, — отмахиваюсь больше от мыслей, чем от её замечания. По сути она возможно и права, но верить в то, что нам стёрли память я не хочу. Этому точно есть адекватное размышление. Сюда бы Настю, она бы ей точно мозги вправила. Она вроде и в мистику не верит.       Может стоит поговорить с ней? Хотя если я все расскажу, то где гарантия, что нас двоих не отправят в дурку?       — Кстати добром ты мне и не объяснила ничего. Как у тебя вообще получилось выставить этого проходимца из моей головы?       — Да? — она на секунду остановилась, с недоумением смотря на меня, после чего мы продолжили идти. — А я думала я уже достаточно рассказала. Ну ладно, как вернемся домой я тебе ещё раз расскажу.       Снова наступила тишина, и я уже думаю над тем, чтобы вернуть хоть какой-то диалог. Разговор с ней позволяет не оставаться в собственных жутких мыслях. К моему счастью, она и сама продолжает говорить.       — Ну а ты хотя бы помнишь, как мы перестали общаться? Я вот — нет. Я даже не могу вспомнить наши последние дни, когда мы гуляли, где мы гуляли и с кем, — она засмеялась. Я лишь хмыкнула в ответ.       — Ой, ну это от того, что у тебя память как у рыбки, – уверенно вырвалось у меня. Но так ли это было на самом деле? Я ведь сама тоже ничего не помнила добром. Наверное плохая память — это у нас семейное просто.       Жуткая заброшка, окутанная туманом прямо с ходу нам говорила, что домой мы не вернемся и на чай с мятой я могу больше не рассчитывать. Около неё росли разные кустарники, которые уже покрылись листочками. Я думаю, если сфотографировать и наложить фильтры, то кадр будет выглядеть достаточно красиво, жутко, и атмосферно. Мне бы точно понравилось. Вот то в жизни здесь мне совсем не нравится. Такое чувство, словно мы зайдём и она обрушится прямо на нас. Благо хотя бы кровь на лестнице смыло дождём.       — Ну что? Пошли? – Улыбаясь во все 32 сказала сестра. Её поведение ещё больше настораживало. Я конечно и раньше подозревала, что она обожает всякую жуть. Ещё когда мы года два назад пошли на пруд, вода была настолько тёмная, что казалось, что на её дне таится нечто по истине ужасное. А она чудом не полезла в это самое болото, аргументировав тем, что если она утонет, то точно станет русалкой. Благо с нами был ещё кто-то, кто смог её переубедить. Только кто? Настя наверное. Не помню, давно уже было.       — Ты чё такая счастливая? – насторожилась я её поведению, стараясь зацепиться за что-то реальнее, чем воспоминания.       — Да просто так, — хихикнула она. — Рада, что мы наконец вместе. И на заброшке расследуем дело вместе! – да, такой счастливой я её последний раз видела... даже не помню когда!       — Нет, ты просто хочешь меня заманить в какую-то п*зду, а потом сдать на органы. А радуешься от того что уже знаешь куда деньги потратишь, — я ещё раз осмотрелась. Время было около восьми вечера, значительно темно, так ещё и тучи. Жутко.       — Ну как ты могла обо мне такое подумать? — наигранно скривила лицо сестра. — Я максимум твою душу дьяволу продам. Возиться с кишками это не моë, — она рассмеялась и это немного придало мне уверенности. Ну хотя бы на органы не сдадут, уже радует.       Сырые от влажности доски скрипели под моими ногами. Я на всякий случай достала нож и фонарик. Крис последовала моему примеру. Мы потихоньку зашли в какой-то толчок, где была странная дверь в кладовую. Сестра, будто у себя дома, стала доставать ключи и открывать дверь.       Внезапно послышался грохот. Как будто где-то далеко что-то большое и очень тяжелое упало на пол и разбилось. Мои коленки затряслись от страха.       — Отче наш, сущий на небесах, да светится имя твоё... — шёпотом начала я.       — Ты прикалываешься? — С недоумением смотрела на меня сестра. — Так всë, успокойся. Вдох, - Крис глубоко вдохнула и я сделала тоже самое, — выдох. Успокоилась? Ты просто это, ножичек держи поблизости, — словно это вообще может нам помочь.       — А... Да, да. — Мой мозг был затуманен ужасом и страхом. Зачем мы вообще сюда пришли? Нам оно надо было? Паника охватывала всë моë сердце, а про себя я продолжала читать молитву.       Крис уже открыла дверь, за которой были ступеньки с мхом, а за ними ещё одна дубовая дверь.       — Мы как будто тут уже были, — произнесла я. Даже через пелену паники я почувствовала это.       — Вот видишь! У меня было такое же чувство! — мы переглянулись и сестра уверенно пошла по ступенькам вниз. Словно то, что происходит здесь, абсолютно нормально. Ну да, каждый день такое видим. Откуда вообще столько уверенности?       Я услышала как что-то снова упало, а сестра даже не обратила на это внимания. Про себя я продолжала молиться, смотря то вперед на Крис, искавшую тот самый ключ, то назад на дверь и снова молилась, чтобы та не закрылась. Снова грохот и я в панике схватилась за руку сестры. Та с ещё большим недоумением посмотрела на меня. Да я трусиха немножко, а что она хотела? Я всё таки старше, а значит знаю, что это может кончится плохо!       — Вдох, выдох! Тут постоянно что-то разбивается. Это просто кирпичи от ветра отламываются от здания. Ветер помнишь какой был, когда мы сюда шли? — в её голосе прозвучало не то раздражение, не то нетерпение, я не разобрала. Она перебирала ключи и искала какой-то из них, после чего остановилась на самом большом.       — Да, – с трудом произнесла я, наблюдая за её махинациями.       — Ну и вот! — тут же произнесла она.       Внезапно раздался громкий рингтон из кармана сестры. Я вскрикнула, а она выронила ключи. Ещё и посмотрела на меня с таким видом, словно я названиваю. Видимо от моего крика она испугалась больше, чем от звонка.       — Господи, ну кто там ещё!? злобно рыкнула девушка, доставая телефон, — Я когда-нибудь эту дверь уже открою или... – лишь взглянув на экран телефона, Крис тут же замолкла. Несколько раз бегала глазами по номеру, но больше и слова не произнесла. Кажется и злость на секунду от неё отступила.       Мне стало интересно, чей звонок мог так быстро изменить её настроение. Может парень какой-то? Сейчас он ей позвонит, отчитает за то что она подвергает себя опасности, приедет за нами и заберёт. А потом они пойдут на свидание, она резко выйдет замуж и больше никогда не будет влезать во всякую дрянь.       — Кто там? – осторожно интересуюсь я. Раздался резкий грохот сверху, словно повылетали все стекла в здании. И кажется, словно каждый раз грохот был к нам ближе. Крис отдала телефон мне и быстро стала искать ключи на полу. Я подсвечивала фонариком.       — Это Аня. Я запомнила её номер, — эх, а я то надеялась, что она завела себе кавалера... А тут труп названивает. Ну кто бы мог подумать. — Но это не значит, что я не открою эту грëбанную дверь! — тут же звонко заявила она, очевидно чтобы её точно услышала и вся нечисть, и все маньяки, и даже эта непонятная Аня. Снова что-то упало, в этот раз практически за дверью наверху. Сестра нашла ключ и резко вставила его в замочную скважину. Она выглядела как сумасшедшая. Хотя почему как? Словно какой-то безумный учёный, эксперимент которого наконец удался. Сначала ключ совсем не планировал поворачиваться, я уже думала что это точно конец и подходящего ключа просто нет. Звук чего-то бьющегося снова добрался до нас и мне хотелось уже бежать домой. Но вот сестра навалилась на дверь со всей силы, резко повернув рукой, и та поддалась.       Сестра взглянула на меня и все звуки умолкли. Даже ветер вдалеке перестал шуметь. Дверь открылась с жутким скрипом, напоминающим адский крик. Я нервно вздохнула. Мы открыли дверь полностью и теперь уже обе замерли от страха.