Кактус и Йолка: путешествие в «Сибирь»

Холодный ветер обдувал двух девушек стоящих на пирсе. Та что в брюках и зелёном плаще наслаждалась видами моря. Её чёрные волосы подхватывал ветер, а глаза так и оживали при виде большой воды и кораблей. Вторая, в розовом платье, льнула к подруге. Ветер осушил солёные дорожки на её щеках, сделав любое движение лица неприятным. — Девочки, — подошёл к ним приставленный императором человек. — Пройдёмте на борт. Всё готово к отплытию. — Ох, я так волнуюсь, — заскулила Марья. — Так страшно покидать родную землю. — Бывает, — добродушно ответил мужчина. — Всегда так, особенно если знаешь, что не вернёшься… — Или оставляешь кого-то там… — Или так… — Пройдёмте на корабль, ветер холодный. — Конечно, конечно, — и малого роста старик повёл Марью на корабль. Виктория осталась понаблюдать за работой. Да, ей уже изрядно надоело нытье подруги, но ничего не поделаешь. Это нужно пережить. Раз уж судьба решила сделать им такое испытание, то так оно и будет. И всё же… Мужчины гады. Вика не хотела задерживаться надолго. Всё таки ей не впервой покидать дом. Когда-то она с родителями покинула Германию, теперь она одна покидает Россию. На всё были причины и на всё есть. Она не пропадёт, там живёт её сестра, она их приютит и они ещё заживут. Главное, добраться до пункта назначения, а там видно будет.

***

Лошади помчались быстро, как только выехали за пределы Москвы. Дальше уже ничего не будет подлежать рассуждению и не может. Срочная поездка в Англию! Дела не терпят задержек! Боже, спасибо, что послал ему именно её! Александра — мудрая женщина и хороший друг. Всё поняла, отпустила и вообще оказывается не против его любви к купеческой дочке. Конечно, Николай задумался о том, что в конце концов брак-то был в первую очередь политический, но решил, что ему плевать на этот фактор вообще. Хватит с них политики, любви тоже хочется. Он думал, что с отъездом станет легче… Нет. Николай не находил себе места и не знал куда себя деть. Куда бы податься, чтобы не думать? Какую ошибку он совершил, какую ошибку! Вот сдалась ему эта литература, а? Ладно, сдалась. Если бы не он, то её вовсе отправили бы в Сибирь, а этого допустить было нельзя. Она ещё слишком юна, чтобы выжить там. Он мог бы её оправдать. Мог бы и дать свободу творчества, раз уж на то пошло, но нет же, надо было тупануть, как вообще без этого? И как она теперь там? Послала его уже давно наверное. Но ведь у них всё было по-настоящему, он чувствовал это. Жаль, раньше он об этом не подумал. Что всё по-настоящему, всё серьёзно. До этого всё ощущалось как дворцовый роман, будто нет чувств, только постель, страсть, эмоции. Только потеряв, он осознал ей цену. Он лишь надеялся, что она тоже его любит. А если и нет, то он готов добиваться её внимания снова. Готов сделать всё ради неё, лишь бы искупить свою вину перед ней. Он не хочет остаться в её памяти бесчувственным и жестоким. Он любил её, а потому хотел бы, чтобы и Марья была счастлива. И раз для этого ей нужен он, то Николай готов и предоставить себя на золотом блюдце.

***

— С тобой всё хорошо? — спросила Виктория, наблюдая за бледной подругой. — Нет, — ответила Маша сдавленно. — Меня тошнит. — Тошнит? — Сильно. — Наверное это качка и море так влияют. Бывает. Это морская болезнь, она проходит. — А живот болит, тоже нормально? — Хм… Не знаю. Голова кружится? — Нет. Вика посмотрела на Марью как впервые. Страшно. Не может так качка, они в поезде ехали всё в порядке было, а тут такое. Да и на корабле голова кружится обычно, а не живот болит. Страшно, страшно, очень страшно. — Маш? Ты уверена, что… Не беременна? Марья ахнула. К горлу подкатил ком и её чуть не вырвало на месте, но она сдержалась. Вика открыла иллюминатор. Прохладный свежий воздух наполнил каюту. Девушки сидели в шоке. Вика смотрела на Машу, Маша на Вику. Обе с огромными глазищами. Но шок Марьи прошёл быстро и спустя минуту она уже снова захлебывалась слезами. Да что ж это такое? Куда ни глянь, во всём виноват он!