Карты, кровь и два клыка

      Речка неспешно текла вдоль каменной набережной, давая легкую прохладу изнывающим от жары людям.       Тепло, тепло её рук, улыбка, светлые глаза, в которых он так любил тонуть, ощущая бесконечное счастье, невыразимое и неизмеримое. Локон волос пшеничного цвета, заливистый смех...       Это была любовь, любовь, которая бывает раз в жизни, любовь, которой он наслаждался, и которую так ценил. Она была для него всем, и он бы не задумываясь отдал за неё жизнь.       Они лежали под деревом на покрывале, он играл её волосами, целовал её, она игриво уворачивалась и смеялась, придумывала ему разные смешные прозвища, которые были настолько точны, что и обижаться на них не было и мысли... Жизнь была безмятежна, легка и светла.       И тут он подумал, что никогда и ни за что не отдаст её никому - так сильно он её любит. Что она - его. Червоточина ревности проникла в его сердце, а едкий голос прошептал в его разуме не отдашь а что у тебя есть что ты можешь ей дать кто ты такой что ты такое ты мой       Налетевший порыв ветра сорвал с неё светлую шляпу и разогнал не только облака, но и даже вечернюю темноту и на набережную обрушились лучи солнца, обжигая его кожу. Он заорал, бросился к ней, но она смотрела на него с ненавистью и отвращением. Он был не нужен ей. Он был слаб, он горел под солнцем. Она могла подать ему руку, чтобы вытащить в спасительную тень - хоть и с брезгливой жалостью, вот её руки раскрылись, чтобы помочь...       Но он вспомнил. Вспомнил шепот, что как изжога, съедал его изнутри, пока не замечал его, ослепленный своей любовью. Вспомнил, что смешон, ничтожен и жалок. Что недостоин её, и глуп в своем желании быть с ней. Увидел шрам на нежной коже живота. Он принес ей боль и смерть. жрать сожри её ты мой жраааааать Нет. Он ударил свою руку, тянущуюся к её руке. Я не твой. Я не дам тебе разрушить её жизнь. Пусть и ценой моего счастья, но я спасу её. От тебя. И солнце сожгло его дотла, а затем снова скрылось. В куче пепла остались шевелиться кости, в которых едва узнавался тот, кто совсем недавно был полон любви, нежности и надежды. Она обернулась. Из обгорелого черепа его глаза следили за ней. С болью и сожалением. Она смахнула слезы и ушла. Ушла, чтобы забыть навсегда.