По алому полю

      Он не помнил, как ушел с детской площадки. В памяти осталась только ледяная ладонь рыцаря на плече, властно и твердо уводящего его подальше от монарших особ. В голове было одновременно пусто и до звона шумно от многочисленных мыслей. Как возможно, чтобы император и принц... на земле мира живых... пусть миля... и...       Холодные пальцы коснулись лба и бездонно черные зрачки впились в его глаза. - Посмотри на меня, шинигами, - приказал Эс Нодт.       И Бьякуя не посмел ослушаться. Сила рыцарей была столь огромна, что весь Готей не смог ей противостоять. Этого же он помнил даже слишком хорошо. Сенбонзакура тревожно зазвенела в ножнах, но белый монах не спешил разрывать разум шинигами неподдельным ужасом. - Дыши,- холодно приказал он.       И Бьякуя послушно вздохнул. Мир постепенно приобретал четкость и в голове переставало звенеть. Нодт словно кошка склонил набок голову. - Дыши, - повторил он чуть менее холодно. - Не припомню, чтобы в прошлую нашу встречу ты так быстро падал в глубины ужаса, Бьякуя Кучики.       Холодные пальцы твердо касались его лба. - Что?.. - выдохнул Бьякуя. - Шок, - равнодушно ответил квинси. - Император точечно прижал тебя своей реацу. Слегка перестарался.       Это многое объясняет... и даже не вызывает вопросов. "Слегка перестарался" - применяя к существу такого класса… Бьякуе стоит радоваться, что его не размазало по духовной миле, как того меноса.       И потому невозможно представить, чтобы Опора Небес ходила по земле вот так просто и... - Дыши, - настойчиво повторил Эс Нодт. - Где твоя гордость, шинигами? В прошлый раз ты держался многим лучше.       И Бьякуя дышал, мысленно перебирая, что он напишет в отчете по происшествию и что он НЕ напишет. Потому что не настолько самоуверен, чтобы писать... такое. - Дежурным, наблюдавшим за духовным фоном, вынесут порицание, - продолжил Нодт, словно читая его мысли. - Меноса нужно замечать до того, как он пробьет ткань миров посреди города.       С этим оставалось только согласиться.       Присутствие гиллиана, пусть и низшего, было чем-то из ряда вон выходящим, а потому, добравшись до перевалочного пункта, Бьякуя поторопился написать и отослать отчет, в котором упомянул, что с меносом разобрался без проблем, но опустил, что при этом в городе присутствовал сам Император да еще и принц.       Вот уж действительно, кого он додумался отчитывать и предостерегать о меносе, скорее уж, пустому должно было бояться принца. Впрочем, это не было делом Бьякуи, а потому раздумывать и забивать себе голову не следовало. Расстелив футон и приготовившись ко сну, глава клана Кучики беспокойно задремал, периодически просыпаясь и прислушиваясь к сигналу телефона. Все-таки на один город одного дежурного было маловато.       Шинигами не нужно спать так много, как живым людям. По крайней мере, не в мире живых. Сильным шинигами тем более. Капитанам в первую очередь.       Но то ли сила императора оказала такое влияние, то ли Эс Нодт добавил что-то от себя, но Бьякую вырубило как мертвого, насколько бы иронично это ни звучало. К счастью, его не беспокоили — ни залетные, оставшиеся пустые, ни требования из Общества душ объяснить подробнее, что именно у него происходит.       Он проснулся поздним утром, почти живым и целым. Саднило горло от силы Яхве, и болела голова, может быть, из-за влияния Рыцаря. Однако для сложившейся ситуации — прекрасно.       Можно было бы и вовсе решить, что приснилось, но на духовном радаре мелькал лишний десяток квинси и полное отсутствие иной духовной активности. Не иначе как лучники вычистили город даже от мелких духов. - Эй, господин капитан, вы там живы? - Бодрый голос снаружи здания, когда-то служившего прикрытием Урахары Киске, заставил насторожиться.       Рыжий обол... то есть Его Высочество принц как ни в чем не бывало стоял во дворе бывшего магазинчика сладостей. Одет он был в школьную форму, с сумкой, перекинутой через плечо, но, судя по тому, что стоял он перед Бьякуей, а не в классе, вчерашние упреки не произвели никакого эффекта на принца. Мальчишка бодро и с любопытством оглядел сонного шинигами и участливо спросил: - Как ваше самочувствие? - Благодарю, Ваше Высочество, - сдержанно проговорил Бьякуя, - хорошо.       Принц кивнул и, очевидно, удовлетворенный ответом, уходить не собирался. Окинув дом полным любопытства взглядом, он произнес: - Ну и ну! Так это и есть перевалочный пункт шинигами?       От него исходил чистый и незамутненный интерес. Ни капли страха, хотя сегодня он пришел один — без вечного товарища за спиной. Скорее всего, тот был его телохранителем, в конце концов, кто отпустит монаршую особу без пригляда в город, где бывают шинигами? Тем более было удивительно, что сейчас друг Его Высочества не маячил рядом. В голову закралась дурацкая мысль, что принц сбежал от охраны. Учитывая попытку сунуть нос за Врата Ада... Бьякуя вновь вспомнил этот инцидент и покрылся холодным потом.       Увидеть смерти квинси в нынешние времена уже нехорошо, а допустить гибель императорского сына – смертный приговор... У Бьякуи возникло непреодолимое желание связаться с отрядом местных лучников, чтобы они сопроводили монаршее дитя в империю.       Как император его вообще куда-то выпустил?!       Принцу до душевных терзаний шинигами перед ним явно не было никакого дела. Он разглядывал капитана с тем же выражением, с каким сам Бьякуя мог любоваться прекрасной картиной. - Вы ведь глава клана Кучики? - спросил юноша, открыто смотря ему в лицо.       Бьякуя настороженно опустил голову. Ничего хорошего такой интерес его клану не несет. История с Рукией… Принц наверняка ее знает. И неудавшееся покушение... - Это хорошо, - улыбнулся мальчишка чуть тише.       Он как-то разом успокоился и слегка изменил позу. Ровнее спина, шире плечи. Он оказался достаточно высок, и даже школьная форма больше не смотрелась на нем нелепо. В карих глазах проступило что-то глубинное, темное. Мелькнули багровые блики в радужке, и взгляд потяжелел.       Теперь на шинигами смотрел не школьник. Теперь это действительно был принц. Лишь гордость не дала Бьякуе окончательно опустить голову. - Лет десять назад, - размеренно начал принц, - я повстречал девушку. Ее звали Рукия Кучики. Она вам знакома, не так ли?       Кровь в жилах Бьякуи застыла: о том, что сестра делала во дворце, он знал немного, но слышал от нее раз, что там она столкнулась с принцем, а вот что произошло дальше, говорить отказывалась наотрез. Тот самый принц тем временем выжидающе смотрел на капитана. - Она... моя младшая сестра, - с трудом проталкивая слова сквозь губы, ответил Кучики. - Вы похожи, - согласился принц. - Статью и умением себя держать. - Благодарю, Ваше Высочество, за высокую оценку, - тихо выдохнул Бьякуя, чувствуя, что стоит на очень тонком льду. - Да, это, скорее, констатация фактов, - сказал Ичиго и задумчиво опустил взгляд на белый хаори. - Вчера вы спасли множество жизней, капитан. - Я выполнял свой долг, Ваше Высочество.       Мальчишка тихо усмехнулся. - Она, полагаю, тоже.       Он поднял руку и достал что-то из-под отворота форменного пиджака, неспешно подходя к капитану. - Верните это вашей сестре, капитан. - Его Высочество вложил что-то в опущенную руку Бьякуи.       Вот миг он все еще здесь, а спустя еще один – растворился в мгновенном шаге. В шунпо. Не хиренкьяку. - Продолжайте делать свою работу, капитан. У вас хорошо получается, - донесся эхом его шепот.       В руке Бьякуи лежала аккуратно сложенная алая лента.       С секунду Бьякуя смотрел на нее, ничего не понимая: лента? красная лента? А в следующую его прошибло холодным потом от осознания того, что он сейчас держит в руке: силу шинигами, принадлежащую его сестре. Годы упорной работы, попыток занять свое место в обществе и получить признание от него: брата, который, как она хотела, должен был ей гордиться.       Реацу Рукии в его ладони была совершенно такой же, как он и помнил; точно десять лет назад, будто ничего и не было. Аккуратно, не зная даже, что ему делать, он сложил ленту и убрал ее за ворот хаори.       В следующий миг он поклонился вслед ушедшему принцу, благодаря за прощение.       С минуту он еще стоял у выхода в раздумьях, окончательно проснувшийся, но ошеломленный случившимся. Он передаст ленту сестре, и, как жить дальше, решать только ей. Но что она теперь будет делать? Вернется к рутине шинигами или продолжит жить как принцесса клана?       Бьякуя не знал, но был уверен в одном точно: его признание сестра заслужила давно. Когда он вернется, то поддержит любой ее выбор.