Попав в подводное течение

***

Руки тянули его за одежду, даже когда его лицо было прижато к стене. Его мантия обхватывала бедра, грубые пальцы стягивали штаны. Он повернул голову, краем глаза наблюдая за происходящим, прислушиваясь к застёжке-молнии старых выцветших джинсов. В полумраке коридора раздался громкий звук, и это успокоило его. Это было то, чего он хотел, только он не мог озвучить этот вопрос. Лучше пусть будет казаться, что Блэк контролировал ситуацию. Забирая что-то своё после всего, что сказал Северус... И готово. Он знал, что лучше не заманивать Блэка, но было что-то в этом гневе, в этой тьме, которая была так близка к безумию, что искушало его. Он дразнил его чувства, как больной зуб, и Северус был более чем готов почувствовать эту резкость по отношению к нему. На самом деле, он всю ночь подпитывал тлеющие мелкие колкости и шутки, направленные в самые чувствительные места Блэка, именно по этой причине. Блэк прижал руку к его спине, прижимая большую часть тела к стене, и ударил Северуса по лодыжкам, раздвинув свою стойку шире, и Северус позволил это сделать. Он позволил Блэку почувствовать себя хозяином положения, даже когда тот оттолкнулся от едва скользких пальцев, которые вторглись в его тело. — Ты всегда подталкиваешь, не так ли, Снейп? Блэк выдохнул ему в ухо, и Северус вздрогнул. Голос Блэка, был более глубокий, чем много лет назад, скользнул по нему, как грубая ласка. Он знал, что лучше не говорить, когда Блэк был таким, потому что, хотя он хотел, чтобы Блэк был грубым, это также могло привести Блэка в ярость. И это было не совсем то, чего он хотел. В конце концов, Северус ценил свою шкуру. Кожа, которую теперь гладила другая рука Блэка. Странно. Но, как бы то ни было, он собирался получить то, чегоо хотел. То, что ему было нужно. Толстые пальцы раздвинули его, и в то же время рука Блэка коснулась его с какой-то непочтительной грацией. Его мантия поползла всё выше, и Северус вздрогнул, когда прохладный воздух внутри Древнего и Благороднейшего Дома Блэков закружился вокруг них. Только мягкое дыхание Северуса и вздохи Блэка выдавали их присутствие. Блэк отстранился, и его пальцы были заменены чем-то большим, более твёрдым и длинным. У Северуса было достаточно свободы, чтобы собраться с силами и склонить голову, когда Блэк вошёл в задницу Северуса. Блэк надавил на него, грубо и сильно, и Северус откинулся назад в каждом контролируемом движении. Гнев и тревога крепко держались под контролем отчаяния безумия. Северус наслаждался этими ощущениями, пока тусклый свет свечей не погас, когда Блэк набросил мантию на голову. Его иллюзия контроля пошатнулась и треснула, когда Блэк взял верх. Северус боролся с нарастающей паникой из-за того, что его окружала тяжёлая ткань, сила Блэка, и ему удалось освободить лицо как раз вовремя, чтобы сделать следующий рывок Блэка. Он застонал, давая Блэку ещё одну свободу несмотря на то, что наслаждался грубостью сцепления. — Это то, чего ты хотел? Что тебе нужно, Снейп? Шипящий голос Блэка снова донёсся до его уха. Он почувствовал, как длинные волосы Блэка дотрагивались до его щеки, и вдохнул аромат виски. — Это лучше, чем во все остальные разы? — прошептал Блэк и лизнул его за ухо. Северус вздрогнул, потому что, хотя ничего не изменилось, каждый раз, когда он уступал Блэку, на какое-то время от него ускользало немного больше, и он нуждался в этом так же сильно, как и в освобождении. Северус только застонал в ответ на ещё один сильный и глубокий толчок. Он протянул руку между стеной и своим телом, обхватив рукой свой член, дергая в такт каждому движению Блэка, только чтобы замереть, когда почувствовал, как что-то ползло по его спине. Блэк толкнул ещё раз, прижимая Северуса к стене, его тело дрожало, пока он удерживал их неподвижно. Плотно прижатый к стене, Северус попытался вырваться, но Блэк сильнее прижался к нему. — Теперь мой, Снейп, — выдохнул ему в ухо Блэк, и это тонкое щекотание вернулось, прежде чем боль взорвалась в лопатках. Его кожа словно горела, разрывая и обжигая плоть, а кровь стекала по спине. Северус закусил губу, когда агония накрыла его плечи, и вскоре царапины стали раздражающим фактором, поскольку нервы ослабли. Тем не менее, каждый раз, когда Блэк поднимал что-то, что он использовал, чтобы вырезать на своей коже, боль начиналась снова. И Северус снова наслаждался этим хаосом. — Никогда не позволю тебе забыть это, — пробормотал Блэк, облизывая полоску на спине Северуса. Северус вздрогнул, и хотя его член немного заболел от боли, постоянное давление члена Блэка внутри него поддерживало его более чем интересно. Мысль о том, что Блэк высосет его кровь, заставила его укол снова стать сильнее. Возможно, безумие было всеобъемлющим, потому что Блэк питался и пожирал Северуса, втягивая его в безумие. И ему это нравилось. Полная потеря контроля, окрашенная болью и ощущениями удовольствия, смешивающимися в его разуме, теле и душе. Чёрное перо мелькнуло в его периферийном зрении, испугав его, и Северус слушал, как Блэк рассказывал ему, что именно он сделал. — Кровавое перо, Снейп. Знаешь, что это значит? Северус посмотрел на перо, которое протянул ему Блэк. Он уставился на блестящее перо, которое блестело багровым цветом, и всхлипнул, когда Блэк вонзился в него, снова сдвинув их обоих. — Помечает тебя как моего. Собственность Сириуса Блэка, — прошептал Блэк. И Северус почувствовал, как эти слова повлияли на его душу сильнее, чем любые другие. Больше, чем клеймо Тёмной Метки на его руке. Что-то внутри него сломалось. Он снова был отмечен, и хотя это было не то, чего он хотел, это было сделано. И он принял это утверждение и боль. Он издал пронзительный звук и кончил, сперма пролилась по его кулаку, всё ещ сжатому вокруг его члена. Блэк усмехнулся, и этот звук прозвучал в ушах Северуса как раз перед тем, как он прислонился к спине Северуса. — Очень хорошо, Снейп. Моя очередь. Липкая кровь заставила Блэка прилипнуть к нему, даже когда Блэк содрогнулся от оргазма, а Северус ахнул, отстраняясь, отрывая своё тело от Северуса. Потеря была похожа на пропасть, через которую ему нужно было пройти, но он не мог. Но боль, которая его центрировала. Его задница и спина безумно пульсировали, но ярость и гнев, которые он использовал, чтобы заманить Блэка, исчезли. Белый шум заполнил его голову и уши, сопровождаемый дуновениями воздуха Блэка на шее. Когда Блэк отошёл, его мантия зашуршала по телу. Повернувшись, Северус повернулся лицом к Блэку, уставился в безумие, оставшееся от Азкабана, и застонал, когда Блэк прошептал: «Мой, всегда» и прижался губами к губам Северуса.