Мармеладка и Боб

      Кагеяма сел на диван, куда Рини указала ему сесть несколько минут назад. Перед ним на полу сидел Хината со своим ноутбуком, подключенным к телевизору. Зайчик стояла рядом с ним с карточками в руках.       Они вдвоем что-то замышляли.       Кагеяма знал, что, что бы они ни планировали, это повлечет за собой множество просьб и щенячьих надутых губ, пока он неизбежно не сдастся. Это взаимодействие было хорошо отрепетировано между ними тремя.       Он говорил «нет» снова и снова, пока они не объединяли свои усилия и не душили его просьбами и взглядами с оленьими глазами, в конце концов заставляя сдаться.       А пока он играл свою роль и сидел, скрестив руки на груди на диване, стараясь выглядеть как можно более незаинтересованным. Хината выглядел как кот, поймавший канарейку, одарив своего партнера улыбкой, которая была милой на первый взгляд, но в его глазах был озорной блеск. Рыжеволосый показал Рини большой палец, а затем нажал кнопку на своем компьютере, открыв слайд PowerPoint.       Титульный лист был покрыт различными фотографиями собак и щенков. Большими жирными буквами в центре экрана Кагеяма прочитал «Список причин, по которым я думаю, что мы должны завести щенка».       Кагеяма бросил на Хинату взгляд, но рыжеволосый просто одарил его еще одной ослепительной улыбкой и указал на экран, молча говоря ему обратить внимание. Отец испустил долгий вздох, но, тем не менее, повернулся и сосредоточился на презентации своей дочери.       Несколько месяцев назад Рини начала эту кампанию. Собаки всегда были ее любимыми животными; с тех пор, как она была маленькой, она умоляла Кагеяму позволить ей погладить каждую собаку, мимо которой они проходили на улице. Ее любимой мягкой игрушкой была маленькая черная хаски по имени Хана, и плюшевая игрушка повсюду сопровождала ее.       До недавнего времени десятилетняя девочка была довольна этим небольшим общением с четвероногими животными, но потом что-то изменилось, и она начала просить у отца собственную собаку. Кагеяма не знал, что вызвало это изменение, но у него было ощущение, что у него были оранжевые волосы и он рифмовался с Кинитой.       Отец выслушал собранные его дочерью доказательства, подтверждающие ее доводы в пользу того, почему они должны завести собаку. Причины варьировались от «Я единственный ребенок в семье и никогда не испытывала радости от присутствия брата или сестры» до «Это научило бы меня ответственности» и даже «Возможно, однажды я захочу стать ветеринаром, и это поможет мне узнать больше о здоровье собак».       Кагеяме пришлось признать, что презентация была хороша, и было ясно, что она вложила много труда в свою работу.       Он ничего не имел против собак, но они были большой ответственностью, и у него уже было полно дел с ней и «Вороньим гнездом», но Рини теперь была старше. Она сама вставала по утрам и сама упаковывала свои обеды вечером. Ей не нужно было, чтобы он развлекал ее 24/7, и она могла справляться с небольшими задачами самостоятельно.       Конечно, он знал, что они с Хинатой будут делать большую часть работы с собакой, но она могла кормить ее и играть с ней дома. А если у них будет меньший, она может даже нести ответственность за то, чтобы держать его, когда они берут его на прогулку.       В конце презентации они оба смотрели на него, затаив дыхание. Рини прижала руки к груди и посмотрела на него большими голубыми глазами, хлопая ресницами и слегка надув нижнюю губу. Кагеяма был слегка впечатлен; она действительно подготовилась к этому.       Хината просто смотрел на него с пола, его лицо говорило: «Ты действительно собираешься сказать ей «нет»?».       Кагеяма позволил им несколько мгновений извиваться в ожидании, наслаждаясь гудением в воздухе.       — Хорошо, — всего одно слово было его ответом.       И Хината, и Рини открыли рты, Кагеяма не сомневался, что у них на языке вертелись аргументы, и они ждали его отказа, но они сделали паузу, когда услышали его ответ.       — Хорошо? Мы можем завести? — Рини попыталась скрыть волнение в своем голосе, но с треском провалилась. Карточки, зажатые в ее руках, упали на пол, и она начала подпрыгивать вверх-вниз.       — Да, но у тебя каждый день будут новые обязанности по дому, чтобы помочь с этим. Папа и я не собираемся быть единственными, кто делает всю работу, — Рини взволнованно взвизгнула, и Кагеяма не смог сдержать улыбку, расплывшуюся по его лицу, даже если бы попытался.       Девочка пробежала через комнату и бросилась в объятия Кагеямы. Бесконечный поток благодарностей и другого взволнованного лепета срывался с ее губ.       Хината закрыл презентацию PowerPoint на экране и открыл несколько вкладок с собаками близко к ним, которые искали дом.       Казалось, что они оба уже предвидели его ответ.       Кагеяма посмотрел на фотографию тощей маленькой коричневой собачки с белыми пятнами и большими грустными глазами.       Что ж, теперь отступать было некуда.

***

      В итоге неделю спустя у них появился новый пушистый друг. На самом деле, два пушистых друга.       Пожилая женщина купила пару щенков померанского шпица, но ее здоровье быстро начало ухудшаться, и она больше не могла обеспечивать им постоянную заботу и внимание, в которых нуждались молодые собаки.       Теперь Кагеяма наблюдал, как Рини лежала на полу, а два пухлых шарика прыгали по ней, облизывая ее лицо и дергая за волосы. Он уже чувствовал себя немного подавленным, но радостное хихиканье Рини и яркая улыбка сделали все это стоящим того.       — Как ты собираешься назвать их, Зайчик? — Хината наклонился и поднял меньшую из собак. Он был весь черного цвета, в то время как его сестра была ржаво-оранжевого цвета. Пес радостно лизнул Хинату в щеку и тихонько тявкнул.       — Этого зовут Боб, а эту — Мармеладка. Так что, когда ты произносишь их имена вместе, это Джелли Бин! — Кагеяма поднял бровь. Имена были бессмысленными, но чего он ожидал, когда сказал 10-летней девочке, что она может называть их так, как захочет. Он предположил, что могло быть и хуже.       Отец протянул руку и почесал Боба по голове. Они были очень милыми, и он действительно был похож на маленький пушистый черный боб.       — Добро пожаловать в ваш новый дом, Мармеладка и Боб.

***

      Кагеяме пришлось признать, что он чувствовал себя немного нелепо. Он был взрослым мужчиной ростом 6 футов двадцати семи лет, и все же он прогуливал два трех фунтовых пушистых шарика, которые были взволнованы каждой травинкой и листиком, трепещущими на ветру.       Обычно в обязанности Рини входило выводить их на прогулку, но сегодня у девочки была экскурсия, и она вернется домой значительно позже запланированного времени прогулки собак. Таким образом, он оказался в парке вниз по улице от их дома, деликатно пытаясь обойти собак, когда они зигзагами проскальзывали через его лодыжки и запутывали свои поводки вместе.       — Вы двое просто смешны, — пробормотал он, наклоняясь, чтобы снять поводок Мармеладки с задних лап Боба. — Как ты вообще так запутался? — маленькая черная собачка просто бесполезно залаяла на него.       — О, вау, они такие милые! — Кагеяма прищурился, услышав новый голос. Молодая женщина, наклонившись, почесывала живот Мармеладки, пока маленькая собачка каталась по траве. Она улыбнулась Кагеяме.       — Как их зовут? — он несколько раз тупо моргнул, глядя на нее, прежде чем ответить. Светская беседа все еще не была его сильной стороной; большую часть времени разговор был направлен на Хинату или Рини, а он мог молча стоять на заднем плане.       — Эм, это Мармеладка, а это Боб, — глаза женщины расширились, и она издала звук, который был смесью стона и визга.       — Это так мило! Ваша девушка дала им имена? — она заправила прядь своих длинных оранжевых волос за ухо, это напомнило ему о волосах Хинаты, и Кагеяме вспомнилось, как он проснулся этим утром от запаха ванильно-цитрусового шампуня рыжеволосого.       — Э-э, нет, у меня нет девушки, их назвала моя дочь, — глаза женщины загорелись, и он увидел, как они метнулись вниз к его рукам, в которых он держал Боба, а затем снова к его лицу.       — Ничего себе, растить двух щенков и дочь в одиночку! Это большая ответственность! — Кагеяма собрался открыть рот и сказать, что он делал это не один, но она не дала ему такой возможности. — Я Чие Сакура! — она достала из сумочки симпатичный блокнот в форме клубники. Кагеяма задумался, где она его взяла; Рини бы понравилось что-то подобное для школы. Один из листов был сунут ему под нос, и он инстинктивно схватил его. — Вот мой номер, если вам когда-нибудь понадобится, чтобы кто-то их выгулял! Я отлично лажу с собаками и детьми. Или если вы когда-нибудь просто захотите поужинать… Я также отлично лажу с папами, — она наклонилась, чтобы еще раз погладить Мармеладку, прежде чем встать. — Хорошего дня! — она одарила его кокетливой улыбкой и подмигнула, поворачивая обратно по тропинке, с которой пришла, и снова оставляя Кагеяму наедине с собаками. Отец уставился на бумагу, которую держал в руках. Ее номер телефона был написан женским закорючим почерком, а рядом с ее именем было маленькое сердечко.       Кагеяма потер глаза и сунул листок в карман.       — Давайте, пойдем домой. От вас двоих одни неприятности, — Мармеладка и Боб радостно тявкали на него, не обращая внимания на ситуацию и просто наслаждаясь своим временем на улице.       Позже тем же вечером Кагеяма зарылся головой в подушки, чтобы скрыть ярко-красный румянец, разлившийся по его лицу, когда Хината, сидевший рядом с ним, согнулся пополам от смеха.       — О-отлично ладит с папами тоже! Она не валяла дурака! — рыжеволосый фыркнул. Кагеяма издал недовольный рык.       — Заткнись, тупица! Мне даже не нравятся женщины, почему она пристала ко мне?       — Потому что ты горячий, а большие парни с маленькими собачками всегда привлекают дам, — Кагеяма глубже зарылся в подушки. Последнее, в чем он нуждался, так это в том, чтобы женщины приставали к нему.       — С этого момента ты их выгуливаешь, — Хината продолжал смеяться, явно наслаждаясь тем, как страдает Кагеяма.

***

      Хината вошел в дом после долгого рабочего дня и обнаружил, что у них удивительно… тихо. Рини ночевала у Ран, поэтому он не ожидал услышать ее в доме, но обычно его приветствовали стук восьми лап по твердой древесине и возбужденное подпрыгивание двух меховых мозгов, у которых была одна мозговая клетка.       Он посмотрел на стену и обнаружил, что оба поводка все еще висят на крючках, а ботинки Кагеямы стоят у двери. Когда он вошел в гостиную, тишина была объяснена.       Кагеяма спал, растянувшись на диване. Между его ног Мармеладка свернулась в тугой оранжевый шарик, а Боб спал на спине, уткнувшись в согнутую руку Кагеямы.       Хината подумал, что его сердце может разорваться от этого образа. Он быстро достал свой телефон и сделал сотню снимков. Он немедленно отправил их друзьям; было так редко видеть стойкого Кагеяму в таком уязвимом положении.       Здесь был человек, который с самого начала был так против того, чтобы заводить собаку, и который почти ежедневно жаловался на то, какими маленькими и тявкающими были обе собаки, свернувшись калачиком на диване с ними обоими.       Хината знал, что втайне Кагеяма обожал собак. Он провел массу исследований этой породы, когда они впервые забрали пару. Их причесывали раз в месяц, чистили зубы каждый вечер, у них была специальная фирменная еда, которую Кагеяме приходилось заказывать онлайн, а также множество развивающих игрушек и головоломок. Им не разрешалось спать с ними в одной кровати, но у каждой собаки была своя вышитая кровать с эффектом памяти, которая стояла в углу гостиной.       Внешне Кагеяме нравилось притворяться суровым, но на самом деле он был большим и мягкотелым.       Хината наклонился и подхватил Боба на руки, заставив Кагеяму вздрогнуть и проснуться.       — Шо? — говорил он невнятно, его голос все еще был хриплым со сна. Его волосы были взъерошены, челка торчала в разные стороны. Хината хотел бы запереть этот момент в себе, чтобы сохранить навсегда.       — Да. Подвинься, — мозг все еще был затуманен сном, Кагеяма не стал подвергать сомнению приказ и просто сделал, как ему сказали. Мармеладка слегка фыркнула, расстроенная тем, что ее разбудили.       Это было тесно, Кагеяма ни в коем случае не был маленьким человеком, но с небольшим маневрированием Хинате удалось уютно устроиться на диване, прижавшись спиной к груди своего партнера, а сильные руки Кагеямы обвили его талию. Боб все еще лежал у него на руках, в то время как Мармеладка перебралась на одну из диванных подушек.       Кагеяма глубоко вздохнул, расслабляясь в Хинате. Мужчина с волосами цвета воронова крыла никогда не был хорош в привязанности и редко когда-либо говорил Хинате, что любит его, но рыжеволосый в этом и не нуждался. Он мог отчетливо слышать это, когда Кагеяма нежно поцеловал его в макушку, большим пальцем проводя мягкие круги по тазовой кости.       Стресс от общения с сопливыми детьми и властными родителями весь день растаял, и Хината сосредоточился на нежных прикосновениях Кагеямы и ритмичном дыхании Боба в его объятиях.       Они вчетвером лежали так до ужина, довольные тем, что окутались теплом друг друга.

***

      Со временем семья Кагеямы больше не определялась тремя людьми, а тремя людьми и двумя пушистыми лицами.       Мармеладка и Боб ездили с ними на семейные каникулы, получали свои собственные носки и подарки под елкой и даже каждый год отмечали свой собственный день Благодарения.       После того, как Рини уехала в колледж, их дружеское общение помогло Кагеяме пережить потерю, и отец проводил много ночей, прижимая их к себе на диване, когда ему не хватало присутствия дочери.       В течение пятнадцати лет два маленьких шарика были ключевыми членами семьи и постоянной частью его дня.       Теперь все казалось слишком тихим.       По утрам Кагеяма все еще тянулся к мискам, но останавливался и вспоминал, что кормить больше некого. Их кроватки все еще стояли в гостиной, но теперь они были пустыми и холодными. Коробка с игрушками рядом с диваном оставалась полной, когда никто не вытаскивал постоянно веревки и мягкие игрушки в течение дня. Кагеяма и Хината по-прежнему вместе ходили в парк по вечерам, но без поводков их руки казались пустыми.       На заднем дворе под длинными нависающими ветвями новой глицинии, посаженной Кагеямой, лежали два маленьких камня.       Без них было трудно. Кагеяма все еще находил пряди черно-оранжевых волос на своих штанах и игрушках, спрятанных на заднем дворе. На фотографиях их семьи, которые висели на стене, почти всегда были изображены два улыбающихся шарика. Каждый раз, когда Кагеяма доставал ключи от их дома, его внимание привлекал блеск двух потертых и выцветших бейджиков с именами.       Тишина стала слишком громкой, и Кагеяма знал, что должен что-то с этим сделать.       Итак, в тот вечер Кагеяма велел Хинате сесть на диван, а затем подошел к своему ноутбуку, который он подключил к телевизору. Рыжеволосый бросил на него понимающий взгляд, но молчал до конца презентации Кагеямы. Сказав только одну вещь после того, как Кагеяма закончил.       — Хорошо.       Две недели спустя Хината наблюдал, как Кагеяма лежал на полу, а два маленьких белых пушистых шарика радостно прыгали по нему и лизали его лицо. Рыжеволосый наклонился и сгреб в охапку только меньшую из двух сестер.       — Добро пожаловать в ваш новый дом Хлопок и Конфетка.