Red bracelet

Отмечать новый год в гей-клубе — такая себе идея, но не для этой странной компашки, состоящей из шести человек, которые дружат вот уже на протяжении семи лет. Познакомились они на первом курсе института, когда поступили на один факультет международного бизнеса. Жили в общаге по два человека в соседних комнатах, всегда и везде тусили вместе все пять лет обучения. Под конец второго курса, на одной из вечерних попоек, что они устраивали по выходным, ребята очень много смеялись. В тот вечер, находясь уже в достаточно пьяном состоянии, они играли в самую банальную игру «правда или действие». Слово за слово и Юнги признался в том, что оказывается Чимин — его парень. Тэхён поцеловал Джина. А бурная фантазия Чимина придумала такое «действие», как тройной поцелуй между Намджуном, Джином и Хосоком. В тот вечер они узнали, что каждый из них — гей. И конечно же, каждый скрывал этот факт от друзей. Именно после того дня та самая целующаяся троица утонула в полиаморных отношениях по самое не хочу. Ради интереса и эксперимента по началу, но так и остались втроем, потому что у каждого появились чувства. А что Тэхён? Он стал белой вороной среди своих друзей. Те в отношения с головой ушли, а он один остался без пары. С Джином ему целоваться не понравилось, просто потому, что всех пятерых он воспринимал как друзей, не более. Вот и нашел Тэхён себе развлечение в виде этого гей-клуба, где вместо того, чтобы найти себе пару, находил лишь секс на одну ночь. Ни с кем не спал дважды, потому что была лишь страсть, а ему хотелось настоящих чувств. Хотелось прочувствовать весь тот спектр эмоций, о которых рассказывают ему влюбленные друзья на постоянной основе. Те не расстались даже тогда, когда окончили институт и устроились на работу. Два года прошло уже с того дня, как они вшестером набухались на радостях после получения дипломов. Каждый имеет хорошую высокооплачиваемую работу и все так же они продолжают крепко дружить, постоянно собираются по выходным и все праздники проводят вместе. Как и этот новый год, который они отмечают в любимом клубе Тэхёна. Друзья выпивают и поздравляют друг друга с праздником, желая в один голос, чтобы Тэхён нашел себе наконец парня, а то задолбал вечно смываться раньше времени со словами: «Ребят, я там ахуенного парня подцепил, мы сваливаем в отель» Отличительной чертой этого клуба, которая очень нравилась Тэхёну, было наличие браслетов. Их надевали на запястья каждому человеку при входе. Белые — универсалам. Зеленые — пассивам. Красные — активам. Черные — занятым. Очень удобно. Не нужно заморачиваться при выборе партнера на ночь, достаточно выцепить взглядом зеленый цвет на запястье понравившегося парня. Однако сколько бы Тэхён не менял партнеров, дальше одной страстной ночи не заходило. Не цепляли его ни миловидная внешность, ни отличный секс. Хотелось чувств, которых не было.

***

Время перевалило за два часа ночи. Ребята пьют и веселятся. После жарких танцев, шесть рук, на запястьях которых мелькают один красный и пять черных браслетов, чокаются и, смеясь, подкалывают Тэхёна. Сегодня они толпой решили направить свое внимание на него одного и эти подколы про его одиночество бесят настолько, что Тэхён уже жалеет о том дне, когда не ответил взаимностью Джину, который, имея пассивную роль в постели, предложил другу «попробовать» после поцелуя. Но Намджун быстро тогда прибрал его к своим рукам, ухватив за собой еще и Хосока. Да и Тэхёну на самом деле это не нужно. В сексуальном плане ни один из его друзей не привлекает, хоть и каждый по-своему красив. Нахмурив брови, Тэхён выдыхает нервно и, салютуя друзьям рукой, накидывает красную кожанку, чтобы выйти перекурить на улицу и успокоиться. Как же это все достало. Достали и друзья, и те парни, с которыми он уже однажды спал, все упрашивая Тэхёна повторить жаркую ночь. Тэхён теребит в кармане зажигалку, пока идет к выходу и думает о том, какого же парня он себе хочет. Секс у него обычно с милыми и покорными мальчиками, которые раздвигают ноги только от одного Тэхёнова взгляда, ну или от низкого доминантного голоса. И такие парни порядком наскучили, хочется некого драйва и недоступности что ли. Он уже сам запутался. Но точно уверен, что желает влюбиться до потери пульса. Хочется прочувствовать ту бешеную тягу к единственному человеку, про которую рассказывают друзья. Где только найти такого, Тэхён не представляет. Тэхён прикуривает сигарету, впуская горький дым в легкие, выдыхает шумно, пытаясь угомонить свою нервозность. — Эй, красавчик, дай прикурить! — Тэхён слышит дерзкий голос с усмешкой, оборачивается медленно, уже открывая рот, чтобы покрыть трехэтажным матом человека, который так нагло посмел к нему обратиться. Но рот он захлопывает, так ничего и не сказав, облизывает губы, на которых тут же тянет довольную ухмылку. Взглядом сканирует с ног до головы парня напротив. Тот одного роста с Тэхёном. Его длинные ноги облегают почти такие же кожаные штаны, как на самом Тэхёне. Черный лонгслив выглядывает из-под расстегнутой кожанки. Талия узкая, плечи широкие. Виски коротко выбриты, длинная челка уложена мокрыми прядями на бок. В ушах серебряные кольца. Лицо белое и красивое, а взгляд черных глаз сканирует с жадностью Тэхёна. Два пальца на татуированной кисти крутят сигарету. Тэхён смотрит с интересом в глаза такомусексуально-привлекательному кадру,делает глубокую затяжку, медленно выдыхая дым, и стряхивает пепел. Голову наклоняет к плечу. — Прикуривай, — говорит хриплым голосом, зажимая сигарету меж губ. Парень усмехается, подходит ближе и, сунув сигарету в рот, дотрагивается другим ее концом до сигареты Тэхёна. Оба делают глубокую затяжку, наблюдая, как бумага прикуриваемой сигареты тлеет на конце. Вроде обычное дело, прикурить таким способом, но в данной ситуации это выглядит слишком интимно. — И как же зовут такую красоту? — спрашивает парень, выпуская густой сигаретный дым и оценивающим взглядом скользя по телу Тэхёна сверху вниз и обратно — Ким Тэхён. — Чон Чонгук. — Свободен? — Для тебя да. Они стоят близко, откровенно раздевая друг друга взглядами и облизываясь. Тэхён докуривает сигарету, тушит ее в пепельнице, затем подходит вплотную к Чонгуку и, дождавшись, когда тот сделает затяжку, подается вперед и целует. Дым рассеивается сквозь страстный поцелуй, который они углубляют, пихая языки глубже. Тэхён ведет ладонью по рукаву куртки Чонгука от плеча до запястья, поднимает его руку на уровень лица и разрывая поцелуй проверяет цвет браслета. — Блять! — громко выкрикивает Тэхён, думая о том, что новогоднего чуда на земле не существует. Сплошное разочарование в виде ахуенного парня с красным, сука, браслетом на запястье. Чонгук тоже проверяет браслет у Тэхёна, но расстроенным не выглядит. — Ну что ж, — тянет Чонгук с усмешкой. — Мы можем друг другу подрочить. — Подрочить я могу себе сам, — фыркает Тэхён, смотря в черные глаза. — Окей. Я могу тебе отсосать, — пожимает плечами, выдерживая тяжелый взгляд. — Серьезно? — приподнимает бровь и усмехается. — Я тоже тебе могу, но мне этого мало, — Тэхён подается вперед, говорит в самые губы: — дашь себя трахнуть? — Скорее я тебя трахну, красотка… Оба оборачиваются на женский смешок рядом. Девушка курит сигарету и подходит ближе. — Как забавно, парни не могут договориться кто кого будет трахать. Хотите, я могу взять на себя пассивную роль? Развлечемся втроем. Тэхён опускает голову и трет пальцами переносицу. Такой расклад его точно не устраивает. Ему девушки в принципе не интересны, у него даже не встанет на нее. — Нет, мадемуазель, мне неинтересно ваше предложение, — кидает он и быстрым шагом направляется внутрь здания. Сегодня явно не его ночь. Тэхён скидывает куртку, тяжело приземляется на пустой диванчик за столиком и залпом выпивает горький алкоголь из рокса. Наблюдает с минуту за танцующими друзьями, затем откидывает голову на спинку дивана, прикрывая глаза. Наконец-то ему пиздецки сильно понравился парень, но, видимо, судьба решила сыграть с ним злую шутку. Тэхён, конечно, верит в любовь, ну, потому что среди их компании парни на протяжении нескольких лет уже вместе, и он видит, как искрятся их глаза, но чтобы вот так, с первого взгляда запасть на кого-то. Такого Тэхён не ожидал. В ту секунду, когда он увидел Чонгука, внутри будто что-то щелкнуло, нашептывая затуманенному мозгу, что вот он, тот самый, который тебе нужен. Да Тэхён и не против, только с позициями в постели у них договориться не получится, это было ясно по диалогу. Тэхён трясет головой, чтобы выкинуть Чонгука из мыслей, поднимается с диванчика и идет на танцпол. Сегодня все же праздник, не время для грусти. Он подходит к друзьям, улыбается широко и начинает танцевать в ритм музыке. Чонгук появляется минут через пять, приобнимает Тэхёна из-за спины за талию одной рукой, второй сжимает округлую ягодицу. Говорит в ухо, перекрикивая громкую музыку, отчего по спине Тэхёна ползут легкие импульсы тока: — У тебя такая аппетитная задница. Он разворачивается лицом к Чонгуку, смотрит с близкого расстояния, взгляда не отводит и пальцами обеих рук сжимает ягодицы Чонгука. Подается ближе, и так же в самое ухо громко отвечает: — А твоя упругая задница очень прекрасно смотрелась бы на моем члене, — играет бровями чуть отстранившись, ловит взгляд черных глаз и улыбается лукаво. Чонгук кивает в сторону коридора и за руку уводит Тэхёна с танцпола. Они выходят в коридор, Чонгук упирается спиной о стену возле неоновой вывески и тянет Тэхёна на себя. Целует с жаром, давит ладонью на чужой затылок, чтобы тот не отстранялся. А Тэхён и не собирался. Отвечает на поцелуй, пихая наглый язык глубоко в чужой рот и вылизывает небо. Рукой давит на пах Чонгука, ловит его приглушенный полустон и кусает нижнюю губу, чуть ее оттягивая. Отстраняется и наблюдает, как Чонгук голову откидывает, глаза закрывает и соблазнительные губы облизывает. Тэхён смотрит на открывшуюся шею, ведет по ней языком и прикусывает кожу. — Ну, Чон Чонгук, что скажешь? — гаденько хмыкнув. — Скажу, что хочу тебя до помутнения рассудка, — он открывает глаза и выдерживает тяжелый от возбуждения взгляд. — Подставишь мне свою задницу? — с вызовом. — Обойдемся минетом и дрочкой. — Нет, дорогой, — Тэхён тянет улыбку, — твоя задница слишком аппетитная, чтобы я ее не распробовал, — Руки обхватывают упругие половинки и резко тянут на себя, вжимая Чонгуков пах в свой. — Чувствуешь, как мой член хочет тебя? — Блять, откуда ты взялся такой… — почти пораженно. — Какой, такой? — соблазнительно тянет Тэхён. — Сексуальный до невозможности и пиздец доминантный. Чонгука потряхивает от желания присвоить Тэхёна себе этой ночью. Но его напор выбивает из колеи, заставляет дрожать от прикосновений и терять почву под ногами. С Чонгуком такое впервые. Он никогда не был в принимающей позиции, но от Тэхёна идет такая подавляющая энергетика, что хочется сдаться и, позорно проскулив, подставить задницу. Мужчина перед ним слишком красив и желанен. Его хочется взять грубо и в то же время отдаться. У Чонгука голова кружится от томного взгляда, блядской ухмылки и губ, которые целуют вновь с напором и жаром. Чонгук отвечает со всей своей пылкостью, сжимая в пальцах мягкие волосы Тэхёна. — Я же чувствую, как ты хочешь сдаться, — Тэхён скользит губами по щеке, кусает мочку и втягивает в рот круглую серьгу, посасывает ее и довольно так, с ехидной улыбкой на губах, шепчет в ухо, почти касаясь его губами: — Соглашайся, Чонгук, обещаю, тебе будет приятно. — Блять, что ты делаешь… — шепчет на выдохе. Ему кажется еще чуть-чуть и он будет готов на что угодно, лишь бы эта волнующая близость не заканчивалась. — Соблазняю? — Вообще-то это я хотел соблазнить тебя! — звучало почти обиженно, а Тэхён издает смешок. — Ты еще губы надуй и точно сойдешь за милого пассивчика. — Не дождешься! — Чонгук быстро меняет их местами и вжимает Тэхёна в стену. Тот смотрит, ухмыляясь, и за талию тянет ближе, колено сует меж бедер и трется им. — Я вылижу тебя, растяну аккуратно, а потом трахну, глубоко и быстро, — медленно и с расстановками проговаривает Тэхён. — Такой самоуверенный? — шипит в губы и получает уверенный кивок на вопрос. — Давай так, — улыбается Чонгук, — мы сейчас снимаем номер в гостинице напротив и начинаем с отсоса, а дальше как пойдет. — Идет, — довольно ухмыльнувшись, Тэхён чмокает губы Чонгука и поправляет стояк в штанах. — Встречаемся у выхода, через десять минут. — Договорились.

***

Тэхён прощается с друзьями, говоря о том, что на этот раз мужика он себе отхватил особого, отличающегося от всех остальных. Не забывает упомянуть и о том, что почувствовал между ними искру, о которой всегда так мечтал. Не просто страсть и желание, а что-то глубже, по крайней мере Тэхён на это надеется, веря своей интуиции. Выслушивает напоследок пошлые наставления и, накинув куртку, идет к выходу. Прикуривает сигарету и ждет. Чонгук выходит довольно быстро, прикуривает сигарету тем же способом, как и до этого, а Тэхёна ведет. Он действительно не просто хочет Чонгука трахнуть, но даже позвать на свидание не против. Но пока этот факт не озвучивает, лишь плечом подталкивает и кивает в сторону отеля. Они бронируют номер до утра, успев сцепиться в словесной перепалке на ресепшене, кто из них будет оплачивать. В итоге оплатил Тэхён и, схватив Чонгука за рукав куртки в области бицепса, потащил к лифту, в котором тут же прижал его к зеркалу, жарко целуя, не соизволив дождаться момента закрытия дверей. В коридоре вели себя тихо, а зайдя в номер спешно скинули свои кожанки на пол и не прерывая поцелуев пошли в сторону душа, спотыкаясь на ровном месте. Разделись быстро. Тэхён первым заходит в душевую кабинку и настраивает воду. Жадно рассматривает накаченное тело Чонгука, пока тот, не стесняясь своей наготы, подходит ближе и, закусив губу, скользит взглядом по обнаженному телу Тэхёна. — Все еще хочешь меня трахнуть? — тянет Чонгук, подходя вплотную и укладывая ладони на чужой талии. — Несомненно. Ты слишком сексуален. — А тебе не кажется, что твое утонченное телосложение больше подходит для роли принимающего? — мурлычет в самые губы, ладонями скользит к ягодицам, чуть мнет половинки в руках. — Не переживай, я с превеликим удовольствием подарю эту роль тебе, — усмехается и отходит на шаг назад. Рукой тянется к гелю для душа, отталкивает Чонгука к стене и льет прохладную вязкую жидкость тому на плечи и грудь. Чонгук глаза прикрывает от приятных скользких ладоней на своем теле, которые водят неторопливо, вспенивая гель. Пропускает момент, когда Тэхён разворачивает его к себе спиной, прижимается возбужденной плотью к ягодицам, а рукой начинает намыливать член. — Блять… — Тебе нравится? — Это пиздец непривычно. Как ты это делаешь? — Что именно? — Твоя доминантность никак не вяжется с твоей миловидной внешностью. Я тебя как увидел, — он разворачивается лицом к Тэхёну, ведет кончиками пальцев по внешней стороне бедер, выше к талии, затем груди. Останавливается на шее, обхватив которую тянет ближе на себя, — подумал, что от души трахну тебя сегодня. — Не всегда реальность соответствует ожиданиям, — у Тэхёна голос низкий, в зрачках бликует похоть. Его движения одновременно резкие и плавные. Чонгука потряхивает мелкой дрожью, он снова ощущает то странное чувство, которое было в клубе, когда находился на грани того, чтобы отдаться этому мужчине. Чонгук глаза прикрывает и нижнюю губу Тэхёна кусает, когда настойчивая ладонь сжимает его возбужденный член у основания и начинает водить неторопливо вверх-вниз. Он толкается бедрами навстречу ладони, пальцами сильнее мокрые пряди Тэхёна сжимает и дышит чаще. Чувствуя себя лишенным ласки, с непониманием смотрит на мужчину напротив, который ухмыляясь прекращает все свои действия и с невозмутимым лицом берет снова гель для душа, намыливая в этот раз себя. Чонгук с вожделением наблюдает за тем, как показательно Тэхён приоткрывает рот и закатывает глаза, словно получает удовольствие от того, пока водит мыльными руками по своему телу, спускаясь все ниже, в конечном счете обхватывая член и лениво водя по нему рукой. Так хочется в эту секунду развернуть его и грубо трахнуть прямо в этой кабинке, но вместо этого Чонгук лишь толкает язык за щеку и льет гель на спину Тэхёна, намыливает, неспешно поглаживая упругие мышцы. Они встают вместе под струи воды, чтобы смыть пену, дарят друг другу дразнящие поцелуи, благодаря которым томно стягивает возбуждением низ живота. Страсть охватывает новой волной, более сильной. От горячей воды потеют стекла, дыхание становится чаще, а пульс зашкаливает. — Руки убрал, — командует Тэхён, когда Чонгук касается его члена. Сам не понимая почему, он беспрекословно подчиняется. Смотрит затуманенным взглядом и ждет, что же будет дальше. — Ты обещал мне отсосать, так давай, Чонгук, опускайся на колени. — Блять… — единственное, что может сказать Чонгук. Никогда и ни с кем он не испытывал такой дрожи и возбуждения от того, что ему, стопроцентному активу, приказывают. Это непривычно, не в его стиле, но желание подчиниться перечеркивает все. Тэхён облокачивается спиной о кафель и кивает на пол. Чонгук опускается перед ним на колени, не отводя взгляда. Рукой обхватывает член, делает первый мазок языком по головке, слизывая капли воды. — Без рук! — низкий голос сверху заставляет сглотнуть. Тэхён обхватывает пальцами его подбородок, сверху вниз смотрит в черные глаза и ухмыляется. — Прежде, чем ты начнешь выполнять обещанное, хочу задать вопрос. — Какой? — выходит хрипло, Чонгук губы облизывает, в полной мере осознавая, что хочет распробовать этого мужчину как можно скорее. — Горловой умеешь? — Чонгук лишь моргает глазами в положительном ответе. — Замечательно. А теперь приступай. Чонгук словно с цепи срывается, потому что команду дали. А ему хочется настолько сильно, что терпения совсем не остается. Он открывает рот и вбирает член сразу наполовину. Губы смыкает туго и головой двигает быстро, языком ласкает головку, щеки втягивает. Услышав сверху продолжительный хриплый стон, заглатывает на всю длину, чувствует, как головка упирается в горло и только от этого ощущения готов позорно спустить. Чонгук рукой тянется к своему члену, но слышит строгое «руки за спину» и его ведет уже от одного этого властного голоса, от которого член дергается. Он ноги сводит и взгляд поднимает, тут же жалея об этом. Сверху на него смотрит совсем не та красота, которую он планировал сегодня трахнуть. Тэхён выглядит самым настоящим доминантом, его взгляд темных глаз подавляет и Чонгуку становится ясно одно: этого мужчину он прогнуть под себя не сможет, потому что ему хочется отдаться. Впервые в жизни Чонгук хочет подставить свою задницу, чтобы его грубо поимели. Он давится членом, когда резко вбирает слишком глубоко, задерживаясь на несколько секунд в таком положении. Это происходит совершенно неожиданно для него самого, так как в минете он профи, но Тэхён на это лишь усмехается, ждет, пока Чонгук прокашливается и сплюнет вязкую слюну на пол. Садится на корточки и втягивает в свой рот чужой язык, посасывает его с неким наслаждением, издавая хриплые мычания. Поцелуй выходит развязным и влажным, оба накалены до предела и уже хочется поскорее кончить, несмотря на то, что Чонгук даже не притрагивался к себе. Сведенные вместе ноги сжимают налитые яйца, член истекает предэякулятом и требует дополнительной стимуляции. Чонгук стонет, прикрыв глаза и раскрывает их широко, когда Тэхён отстраняется. — Глотаешь? — Вообще нет, но твое проглочу. — Умница. Умница?Чонгук, услышав это слово, пропадает окончательно и бесповоротно, потому что понравилось до электрических разрядов по спине. Он взгляд опускает, чувствуя, как кровь резко приливает к голове, его лицо совершенно точно краснеет, отчего пах скручивает сильнее возбуждением. Еще немного и Чонгук кончит, хотя никогда не был скорострелом. Непривычное ощущение от которого сносит все тормоза. Тэхён двумя пальцами обхватывает подбородок Чонгука и приподнимает выше, тянет насмешливо: — Что я вижу? Тебе нравится похвала, да? — Чонгук сглатывает, смотря в эти хитрые глаза с прищуром и молчит. — Открой ротик пошире, расслабь горло и постарайся не подавиться. Если все сделаешь хорошо, я гарантирую тебе крышесносный оргазм. — А если плохо? — Накажу. Чонгук не знает чего конкретно в данную секунду хочет больше: сделать как велено и вновь услышать похвалу, или же быть наказанным. Но Тэхён выпрямляется, обхватывает член рукой и водит головкой по чужим губам. Он сам уже находится на грани и до одури хочет излиться в горячий рот Чонгука, чтобы приступить к его ублажению. Сделать ему приятно отчего-то хочется до дрожи в руках. Он сводит с ума всем своим видом. То, как Чонгук уступает Тэхёну, как дрожит от нетерпения, как смотрит и как старается. У Чонгука нет выбора, он лишь покорно открывает шире рот и расслабляет горло. Слюна скапливается во рту, его колотит мелкой дрожью, пока Тэхён сжимает чужие мокрые пряди одной рукой и второй придерживает за горло Чонгука, чтобы чувствовать, как его член будет скользить в глотке. Движения тазом быстрые и глубокие. Дыхание сверху частое и шумное, с проскальзывающими глухими стонами. У Чонгука слезы текут из глаз, обилие вязкой слюны капает на собственные бедра. Он кулаки за спиной сжимает, чувствуя, что находится на грани оргазма, который вот-вот наступит. Он напрягается всем своим телом, чувствует чужую сперму на языке и не успевает понять происходящее, потому что его резко тянут за волосы вверх, прижимают к кафелю и зажимают основание члена, прерывая оргазм, который мог бы случиться через гребаных пару секунд. Чонгук гулко сглатывает сперму и фокусирует затуманенный взгляд на карих глазах. Тэхён зубы стискивает и ближе подается, целует в шею, всасывая кожу и оставляя на ней отметину. В ухо шепчет: — Я не дам тебе так быстро кончить. У Чонгука сознание плывет, он не соображает, что очень странно. Ещё никому не удавалось доводить его до такого состояния. Он привык сам контролировать процесс, но сейчас, единственное, чего он действительно жаждет, чтобы его наконец трахнули. — Трахнешь меня? — лениво тянет Чонгук, смотря на Тэхёна. — О да-а, дорогой! — Как это будет? Тэхён целует Чонгука, водит руками по его груди, уделяя особое внимание набухшим от возбуждения соскам. Шепчет в губы между поцелуями. — Я уже говорил тебе. Не люблю повторяться. — Вылижешь, аккуратно растянешь и грубо трахнешь, — проговаривает с расстановками, представляя в голове картинки как это будет происходить. — Сука. Какой же ты… — Какой? — Настолько ахуенный, что у меня опять стоит. — Твой член даже не думал опадать, — усмехается Чонгук. — У тебя еще есть силы язвить? — щипает за сосок, на что Чонгук вскрикивает от неожиданности и смотрит удивленно на то, как Тэхён отстраняется, встает под струи воды и быстро моется. — Даю тебе десять минут на подготовку, если кончишь в мое отсутствие — трахну без смазки и растяжки, — и выходит из кабинки, оставляя Чонгука наедине с каменным стояком и дрожащим от возбуждения телом. Чонгук смотрит на стеклянную дверцу и хлопает глазами. Сука, знал бы он еще, как именно проходит процесс подготовки, было бы намного проще. Он переводит взгляд на душевую лейку и сглатывает. А стоит ли вообще ночь с незнакомцем таких страданий? Определенно стоит. Ну, что с ним может такого случиться, если он разочек подставит свою задницу другому мужику? Максимум, с кровати завтра не встанет, но так похрен сейчас на это. Кивнув сам себе, он убавляет напор воды и откручивает лейку от шланга. Он сделает это… Процедура не из приятных, у него даже стояк упал. Однако ополоснувшись и наспех вытерев себя полотенцем, он все же делает глубокий вдох и медленный выдох прежде, чем выйти из ванной комнаты. При виде Тэхёна, который сидит на краю кровати, чуть откинувшись корпусом назад и упираясь ладонями о постель, скручивает низ живота, а член снова начинает наливаться кровью. Тот губу закусывает, жадно рассматривая обнаженное подтянутое тело и склоняет голову набок. Чонгук не понимает почему мужчина напротив так на него действует, но те сомнения, что были в его голове некоторое время назад, улетучиваются мгновенно. — Иди ко мне, Чонгук-и, — елейно тянет Тэхён, и Чонгук, словно загипнотизированный тяжелым взглядом, ступает медленно босыми ногами по мягкому ковролину. Тэхён встает с кровати, когда Чонгук подходит к нему вплотную, руки сразу обвивают талию, губы целуют тягуче. Чонгук отвечает, вплетая пальцы в чужие пряди и мычит в поцелуй, который становится более влажным, более напористым. — Ты кончил? — лизнув чужие губы языком, уточняет Тэхён. — Нет. — Почему же тогда Чон младший не в боевой готовности? — слегка кивнув вниз, тянет с усмешкой. — Пройди сам процедуру подготовки к анальному сексу и я посмотрю на твоего Кима младшего, будет ли он у тебя в боевой готовности. Тэхён на это лишь усмехается и рукой ласкает чужой член, который стремительно твердеет в его ладони. Он большим пальцем размазывает по головке выступивший предэякулят и надавливает ногтем на уретру. Чонгука от этого в жар бросает, он прикусывает губы Тэхёна, а тот отстраняется и смотрит в глаза, слегка улыбаясь. Чмокает быстро и опускается на колени, сжимает с силой в ладонях ягодицы и широким мазком языка проходит по всей длине члена. Чонгук дышит чаще и сильнее сжимает волосы Тэхёна в пальцах, тот шипит на это и ведет зубами по нежной тонкой коже от основания до головки, которую слегка прикусывает в области уздечки. Чонгук вздрагивает всем телом, потому что это оказалось чертовски приятно. Тэхён дразнится, пальцами перебирая яйца и посасывая лишь головку, не беря член глубже. — Горловой делаешь? — возвращает Чонгук фразу, на что Тэхён издает смешок и, отстраняясь, смотрит снизу вверх. — Делаю, но ты от него кончишь быстро, а я планирую подарить тебе крышесносный оргазм. Так что, — Тэхён поднимается на ноги и говорит в самые губы: — Давай-ка ты ляжешь сейчас на живот и приподнимешь свою шикарную задницу, — на слове «задницу» шлёпает с силой по ней же и удовлетворенно хмыкает с чужой реакции. — Я все еще не понимаю как тебе это удается, но давай договоримся сразу, — Чонгук сейчас серьезен. — Все же моя задница до встречи с тобой была девственной, и черт его знает, как ты меня уговорил на этот эксперимент, но будь нежнее. — Тебе понравится, Чонгук, — шепчет Тэхён и целует в губы, но Чонгук отстраняется. — Учти, я не дам тебе продолжить, если мне будет неприятно. — Договорились, — Тэхён снова целует и в этот раз ему отвечают. И черт бы побрал этого Чонгука, но сука, Тэхёну безумно хочется доставить ему удовольствие. И да, он будет нежен, но только при растяжке. Впервые в жизни его ведет от кого-то настолько, что хочется не просто потрахаться и получить желаемую разрядку, а чтобы обоим было в кайф. Тэхён подталкивает Чонгука на кровать, тот нехотя, но все же ложится на живот, смотрит на Тэхёна из-за плеча, выжидая дальнейших действий. Тэхён нависает сверху, надавив ладонью на поясницу, и целует в плечо. — Ляг поудобней и расслабься, — шепчет Тэхён и довольно улыбается, когда ему подчиняются. Чонгук сам не понимает как решился на это, он руки перед собой складывает и упирается лбом в сгиб локтя, до боли закусив губу. Поцелуи, которые Тэхён хаотично рассыпает по его спине, заставляют вздрагивать и покрываться мурашками. От приятного давления ладони на пояснице спирает дыхание. Член зажат между животом и матрасом, Чонгук трется о простынь, но Тэхён лишь усмехается на такие попытки стимуляции и сильнее надавливает на поясницу. У Чонгука перед глазами все плывет, настолько сильно он их зажмуривает. Давление на пояснице исчезает, и он делает судорожный вдох, после которого вздрагивает всем телом, потому как ягодицу резко обжигает. Тэхён плавно водит ладонью по месту удара, заводясь еще больше. Черт, у него крышу сносит от подтянутого и явно натренированного тела. Чонгук не смахивает на всех тех смазливых парней, с которыми Тэхён трахался лишь раз, он намного сексуальнее, вызывает дикое желание одним только видом широких плеч. Тэхён пальцами очерчивает каждую мышцу на спине, что перекатываются под кожей, когда Чонгук вздрагивает и дышит прерывисто. Ладони ложатся на тонкую талию, сжимают кожу и скользят ниже к тазобедренным косточкам, приподнимают ягодицы Чонгука выше. — Долго еще томить будешь? — не удерживается, потому что кончить хочется сильно. Он не привык к длительным ласкам. — Так не терпится? — Тэхён нарочно тянет время, ему необходимо расслабить мужчину, иначе ничего не выйдет. Чонгук сейчас слишком напряжен. Чонгук чуть приподнимается на локтях и смотрит поплывшим взглядом на Тэхёна. — Пока ты медлишь, я могу передумать и сам нагну тебя. — Не выйдет, сладкий, — усмехается и мнет ягодицы, разводит их в стороны и любуется открывшимся видом. С нажимом проводит пальцами по промежности, ныряя в паховую зону, и опускает член Чонгука вниз. Гладит и ласкает головку, жадно впитывая в себя каждую эмоцию на чужом лице, от которого сложно оторвать взгляд. Тот губу закусывает и мычит хрипло, прикрывая глаза, Тэхён, не отводя взгляда, ползет ниже и устраивается между ног Чонгука. — Боже… — Чонгук падает снова лицом в постель, которую сжимает в пальцах. Ощущать влажный язык в промежности, это что-то запредельное и неизведанное, слишком приятное и будоражащее. Уже после третьего мазка языком удается расслабиться и неожиданно, даже для себя самого, податься бедрами навстречу этой влажности горячего рта. — Нравится? — Тэхён усмехается, бросив секундный взгляд на макушку Чонгука. Мнет упругие ягодицы пальцами, кружит языком вокруг сфинктера, на пробу толкается кончиком внутрь. — М-м, да-а. — Еще? — Да, пожалуйста… Ладони раздвигают упругие ягодицы еще больше, язык все так же кружит вокруг сфинктера. Тэхён просовывает кончик глубже, мягкие стенки поддаются такой влажности, он лижет их изнутри и одновременно с этим присасывается губами. Судорожный выдох сверху заставляет повторять это снова и снова, просовывая с каждым разом язык все глубже. — Чонгук, положи ладони на свои ягодицы и раздвинь их для меня, — чуть отстранившись, хрипло проговаривает. Его собственный член уже истекает предэякулятом, но он упорно это игнорирует, потому как дрожь чужого тела вынуждает сделать ему еще приятнее. Тэхёну хочется видеть, как это тело будет крупно вздрагивать от оргазма, хочется услышать громкий стон удовольствия из уст Чонгука. — А тебе руки на что? — Чонгук дерзит лишь потому, что это, видимо, защитная реакция сработала. Ему сейчас дико неловко находиться в такой позе, хоть римминг Тэхёна и выбивает из груди весь воздух, заставляя тело плавиться от подобных ласк. Чонгуку самому себе стыдно признаться, что ему нравится. Он лбом упирается в постель, чувствуя, как щеки полыхают огнем, делает упор на плечи и все же тянется ладонями к собственным ягодицам. Никогда еще ему не приходилось быть настолько раскрытым перед другим человеком. — Поверь, я найду применение своим рукам, — усмехается в ответ Тэхён и тянет хриплое «ва-а». — Видел бы ты сейчас себя со стороны. — Заткнись и займись уже делом. — Ты шикарен, Чонгук, — а Чонгук и съязвил бы в это мгновение, если бы слова не застрял где-то в горле, из которого вырвался неожиданный стон. Тэхён слишком резко вобрал его член в рот, сжимая одной рукой у основания, а большим пальцем второй руки надавил на сфинктер, но не проник внутрь. — Господи, блять, Тэ… Тэхён ласкает пальцами головку и вбирает в рот яйца, посасывает неспешно, дожидаясь момента, когда Чонгук расслабится так, как этого ждет Тэхён, и проскальзывает одним пальцем по первую фалангу в глубь жаркого нутра. Он добавляет слюны, проведя языком вокруг собственного пальца, что неторопливо проникает глубже, и надавливает на мягкие стенки, растягивает неспешно и нежно, как обещал. Чонгуку кажется, что он теряет связь с реальностью. Сам не замечает, как бедрами начинает подаваться навстречу языку и пальцу. Он абсолютно не чувствует никакого дискомфорта, лишь волны простреливающего удовольствия по всему телу. Он пальцами сжимает собственные ягодицы, разводит их шире и матерится сквозь стиснутые зубы. Приятно. Пиздец как приятно. Теперь Чонгук в полной мере понимает отчего так развязно стонут пассивы. Сука, почему он раньше этого не попробовал? Это же так кайфово — лежать, ни хрена не делать и получать при этом удовольствие. — Да-а, — выходит слишком громко. Чонгук понимает, что длинные эстетичные пальцы Тэхёна, вернее, пока еще один из них, добрался до его простаты и теперь нарочно нажимает на сгусток чувствительного комочка, ласкает изнутри, пока сам Чонгук откровенно сходит с ума. Тэхён при этом еще и члену с яйцами внимание уделяет, отчего крышу сносит окончательно. Он уже не контролирует дрожь своего тела и совершенно не замечает того, как прерывисто и быстро дышит, стонет в голос, вздрагивая каждый раз, как подушечка мягкого пальца касается простаты. — Вот так, Чонгук. Не сдерживай себя, я хочу слышать как тебе хорошо, — сука, у Тэхёна сейчас яйца взорвутся от перевозбуждения, несмотря на то, что он ранее уже получил желаемую разрядку. Стоны Чонгука приятно ласкают слух, и это не те всхлипывания и мольбы «еще, глубже, пожалуйста», которые он слышал ранее. Это что-то новое, с хриплым матом, слетающим с пухлых губ. То, что ему безумно нравится. Тэхён возбуждается все больше от крепкого тела в своих руках, которое хочется полностью покрыть поцелуями и укусами, облизать каждый сантиметр упругой кожи. Если быть честным, Тэхён не так часто делает римминг, только тем, которые слишком сильно заводят. Таких было единицы, максимум раза три, не более. Обычно он спешно растягивал своих партнеров на ночь, либо те уже были готовые и в ход шел только член. С Чонгуком все иначе. Его хочется вылизывать, хочется самостоятельно растягивать для себя и пусть собственный член истекает смазкой и подрагивает, пусть вены на нем слишком явно выпирают из-за твердости и без должной стимуляции, но Тэхён не может остановиться. Он вытаскивает палец из кольцевидной мышцы и тут же припадает к ней губами, посасывает, просовывая язык внутрь и кружа им по уже мягким стенкам. Он вслепую тянется к небольшому бутыльку с лубрикантом, который приготовил заранее, пока Чонгук был в душе. Отстраняется от аппетитной задницы и дрожащими от перевозбуждения пальцами спешно открывает крышку, льет смазку на промежность, улыбается от того, что Чонгук вздрагивает от такой смены температур и загоняет вязкую жидкость в задний проход. Массирует вокруг и очень аккуратно проникает двумя пальцами внутрь. — Потерпи немного, Чонгук. — Сука, эти слова я должен был говорить тебе сегодня, — зажмурив веки, цедит сквозь зубы. Вот он, первый дискомфорт, которого он так боялся. Однако не так уж это и страшно. Тэхён ласкает его каменный стояк влажной от смазки рукой, не давая напрячь мышцы сфинктера и незначительный дискомфорт очень быстро сменяется приятными ощущениями. — Не говори мне, что тебе не нравится, я же вижу твою реакцию… — Я не отрицаю того, что это чертовски приятно… — Ты превосходен, в курсе? — один его низкий голос с хрипотцой чего стоит. Чонгук ловит слуховой оргазм, не иначе. Все в этом чертовом Ким Тэхёне прекрасно: внешность бесподобная, взгляд пригвождающий к месту, фигура привлекательная, а голос… Кажется, у Чонгука появился фетиш на звуки, которые издает Тэхён своим блядски сексуальным ртом. — Тебе виднее, мне не приходилось рассматривать свою задницу в такой откровенной позе ни разу, — Тэхён на это усмехается, ни на миг не останавливая растяжку двумя пальцами, которые успели уже погрузиться в нутро Чонгука по самые костяшки. — Нужно будет как-нибудь показать тебе. — Не рассчитывай, что я снова буду спать с тоб… блять, господи… — окончание предложения сменяется на ругательства, когда Тэхён нарочно начинает слишком активно стимулировать простату. Чонгук стонет в голос, прерывисто выкрикивает: — Остановись… Блять, я сейчас кончу… — Кончай, — усмехается Тэхён, сильнее нажимая на сгусток нервов и активно надрачивая Чонгуку второй рукой. Он не вынимает пальцев из ануса, когда все тело Чонгука содрогается в мощном оргазме. Не вынимает и тогда, когда их слишком сильно сжимают, потому как Чонгук напрягается, кажется, каждой мышцой своего тела, пока обильно кончает на простыни, пачкая их своим семенем. Тэхён вынимает пальцы лишь тогда, когда Чонгук полностью расслабленный падает на эти самые простыни и, прикрыв глаза, выдыхает лениво, пытаясь восстановить дыхание. — Перевернись на спину, — Чонгук слышит голос Тэхёна словно через толщу воды, не сразу понимает что от него хотят, потому как впервые испытал такой крышесносный оргазм, после которого даже шевелиться лень. Вот он, поистине настоящий экстаз, отключающий полностью разум. Чонгук даже не знает, когда в последний раз был настолько расслаблен полностью всем телом и совершенно не догадывается, что именно этого и добивался Тэхён. Ноги еще подрагивают после оргазма, он словно безвольная кукла поддается действиям Тэхёна, который сам переворачивает его на спину и, нависнув над ним, целует. Чонгук отвечает лениво и, прикрыв глаза, чувствует приятные теплые губы на своей шее и ключицах. Сам не понимает, как вплетает пальцы в чужие слегка сырые после душа волосы. Он сжимает пряди несильно и мычит от стимуляции сосков языком и зубами. — Что ты со мной сделал? — слова даются с трудом, однако он проговаривает их вслух и открывает глаза, видит перед собой нереально красивое лицо и глупо улыбается. — Я же обещал подарить тебе крышесносный оргазм, — лукаво улыбается, чуть прищурив хитрые глаза, и добавляет насмешливо: — и говорил, что тебе понравится. — Я думал, что кончу от твоего члена в себе. — Обязательно кончишь. Чонгук распахивает глаза, когда Тэхён отстраняется и, подхватив ноги Чонгука под коленями, сгибает их к животу. — Подержи свои ножки в такой позе, — просит Тэхён, и Чонгук лениво тянется к собственным ногам, обхватывая их под коленями запястьями. — Ты монстр. — Ты еще не готов принять мой член, поэтому лежи и кайфуй. — Ты ведь нарочно заставил меня кончить, да? — Несмотря на то, что ты получал удовольствие, все равно был слишком зажат, — Тэхён добавляет смазки и проскальзывает осторожно внутрь Чонгука уже тремя пальцами. Делает упор на свободную руку и целует губы, не желая больше разговаривать. Расслабленные стенки сфинктера поддаются куда лучше, поэтому Тэхён работает пальцами активнее, ловя вздохи Чонгука своими губами. — Ты невероятный, Чонгук. — Угу, — мычит в поцелуй, снова начиная возбуждаться, потому как ему опять массируют простату. Спустя время, когда три пальца в Чонгуке скользят уже с легкостью, Тэхён понимает, что тот готов. Он делает упор на колени и, порыскав на кровати, берет в руку пакетик с презервативом. Открывает его зубами и спешно натягивает резинку на свой член, который уже болит без разрядки. Добавляет больше смазки и приставляет головку к растянутому входу. Чонгук смотрит на него, закусывая губу и задержав дыхание. Тэхён такой красивый сейчас, хочется обнять его, прижать к себе ближе и наконец почувствовать его возбуждение в себе. Никогда бы не подумал, что Чонгук так сильно будет хотеть чей-то член в своей заднице. До встречи с Тэхёном он вообще даже мысли такой не допускал, а сейчас лежит и медленно принимает в себя всю длину. Дискомфорт от распирающего внутри чувства присутствует, но незначительный, Тэхён хорошо его растянул и сделал это действительно нежно и аккуратно. Чонгук выпускает свои ноги и тут же окольцовывает ими поясницу Тэхёна, когда тот, опираясь о свои ладони, снова припадает к губам, целует нетерпеливо и глубоко. Чонгук обнимает его за шею, вынуждая лечь на себя полностью, чтобы почувствовать всю тяжесть чужого тела, сам бедрами толкается, принуждая к действиям. Тэхён больше не может терпеть, первые толчки он делает плавно, выходя лишь наполовину, но постепенно набирает темп, видя по реакции Чонгука, что тому не больно, напротив, приятно, судя по тому, как ему давят пятками на поясницу. Номер отеля наполняется хлюпающими звуками обильной смазки, звонкими шлепками, быстрым дыханием и хриплыми стонами. Тэхён берет Чонгука быстро и грубо, как и обещал, входя и выходя уже на всю длину. Они не целуются, смотрят друг на друга, не прерывая зрительного контакта и впитывая в себя все эмоции от испытываемого удовольствия. — Сможешь кончить без рук? — хрипит Тэхён, не останавливаясь ни на миг. — Вряд ли… Тэхён выскальзывает из Чонгука слишком быстро и неожиданно, встает на колени, выпрямлясь в спине, и просит Чонгука принять идентичную позу. Тот спешно встает на колени спиной к Тэхёну, его тут же обхватывают поперек груди и входят резко без предупреждения, отчего из горла вырывается вскрик. — В тебе так туго и горячо, — возобновляя быстрые точки, шепчет Тэхён в самое ухо, опаляя его своим дыханием и заставляя еще больше покрываться дрожью. Чонгук руки назад заводит и сжимает в ладонях упругие ягодицы Тэхёна. Тэхён крепко удерживает его рукой за грудь, вторую опускает на член, начиная дрочить быстро в такт своим бешеным толчкам. Все внутри словно горит и находится в напряжении, скручивая пах от подступающего оргазма. Потные тела липнут друг к другу, дыхание становится тяжелее, толчки сбивчивыми. Чонгук голову откидывает на чужое плечо, Тэхён пользуется таким моментом и кусает влажную от испарины тонкую кожу на шее. Чонгук кончает с протяжным стоном в тот же миг, как чувствует укус, пачкает семенем кулак Тэхёна, который размазывает сперму по стволу. Еще несколько глубоких толчков и Тэхён кончает, прорычав в ухо Чонгука и замерев в нем, пока ноги сводит судорогами. Они валятся оба на кровать, часто дышат и улыбаются, продолжая вздрагивать время от времени. Тэхён снимает презерватив и, перевязав его на конце, кидает его на пол. Обычно после оргазма он всегда уходит в душ и оставляет единоразового партнера по сексу в одиночестве, покидая номер отеля. Сейчас ему идти никуда не хочется. Хочется обнять Чонгука, поцеловать его трепетно и пригласить на свидание. Он точно хочет еще ни один раз повторить их ночь. — Чонгук? — М? Отчего-то страшно произносить это вслух. Видимо, Тэхён впервые боится услышать отказ, ведь Чонгук ему прямым текстом сказал, что повтора не будет. А Тэхён хочет. Поэтому он поворачивается на бок, подпирает голову рукой и смотрит на разнеженного, такого красивово мужчину, что лежит перед ним, прикрыв глаза. — Давай сходим на свидание? Чонгук раскрывает глаза и поворачивает голову, смотрит в карие омуты и понимает, что красивее человека еще не встречал. К тому же Тэхён отменно трахается, он выжал из Чонгука все соки. Ему сейчас хочется только одного: обнять этого невероятного мужчину покрепче и уснуть вместе с ним в одной постели, наплевав на то, что они оба испачканы в сперме. — У меня есть идея получше, — с улыбкой тихо проговаривает. — Какая же? — вздернувь бровь в вопросе, уточняет Тэхён. — Мы завтра ближе к вечеру с друзьями едем в горы кататься на снегоходах. Поехали с нами? Обещаю веселье, отдельный домик и свою задницу, — он елозит вышеупомянутой пятой точкой по кровати и, чуть нахмурившись, добавляет: — через пару дней. Тэхён издает смешок, выдыхает облегченно и целует Чонгука. Тот отвечает лениво и руками обнимает Тэхёна за шею, притягивая к себе ближе. — Я поеду с тобой, — прервав поцелуй, шепчет в губы. — Отлично, — улыбается довольно. — В душ пойдем? — со смешком спрашивает, хотя не уверен сможет ли вообще встать с кровати сейчас. — Я не встану с кровати, — смеется Чонгук. — Тогда утром? — С тебя горловой. — С удовольствием, Чонгук.