Сожители с привилегиями

      Открыв дверь в квартиру, Кацуки удивился царящей в ней тишине. Обычно его сожитель носился как угорелый, пытаясь найти свою одежду, которая находилась везде, где не должна была. Однажды он нашёл майку в холодильнике...       — Деку? — достаточно громко позвал блондин и разулся. Пакет с продуктами зашуршал в его руках. Из спальни показалась зелёная копна волос и сонная мордашка, до бёдер свисала мешком чёрная футболка с черепом.       — Да, Каччан, — отозвался тот, зевнув. Парень приподнялся на цыпочках, оставив на щеке короткий поцелуй. Бакуго хмыкнул. — С возвращением.       — Ночная смена? — сразу понял он и начал разбирать продукты. Мидория кивнул, исчезая в ванной.       Они жили вместе со времён первого курса, когда денег было мало снимать квартиру в одиночку. Вообще эта идея была инициативой Кацуки, но он не любил говорить об этом. Изуку знал его, сколько себя помнил, и всегда считал за старшего брата. Ну, с небольшой натяжечкой, потому что встречаться с братом явно не обычное дело. Сам он никогда не задумывался о своей ориентации, ведь единственный, кого видел парень своим спутником по жизни — Бакуго, а на других его не тянуло.       Всё началось с того, что его задирали в школе, так как Изуку учился на отлично, а такие были, как известно, очень тихими. Хотя и сам Мидория понятия не имел, что сделал своим одноклассникам такого. Над ним и раньше подшучивал только Бакуго, иногда переходя черту, но парень никогда не держал на него зла, потому что тот всегда приходил к Изуку и заглаживал вину чем-нибудь.       В один день Изуку ушёл первым, хотя всегда ходил с другом, и его избили. Это было больно, унизительно и быстро. Мальчик даже не успел ничего спросить, как его толкнули прямо на асфальт и ударили по голове. Сколько длилось всё это, он не помнил. Когда его оставили одного, Мидория не мог встать. В таком состоянии, с разбитым носом, сломанной ногой и всего грязного, его нашёл Бакуго, закончивший уборку в классе. Маленький Кацуки был в ужасе от того, как много крови было рядом с обессиленным Изуку. Он отнёс того домой, где его мама в слезах звонила в скорую, пока Бакуго сжимал слабую ладошку друга и едва сдерживал слёзы. Мидорию тогда госпитализировали на месяц, а блондин отыскал виновных и выместил свой гнев на них. С тех пор Кацуки часто тренировался со своим отцом, не желая больше спускать с рук насилие над его неудачливым другом. Изуку запомнил только то, что его спас Бакуго.       Лениво почистив зубы и умывшись, Мидория вернулся на кухню, где уже стоял вкусный запах еды. Живот заурчал. На талии Кацуки сомкнулись тонкие руки, а о спину потёрлись щекой.       — Если я обожгусь, тебе конец, — не смотря на предупреждение, он повернул голову и поцеловал в лоб парня. — Будешь?       — Конечно, — воодушевлённо закивал Изуку, уже по запаху узнавая блинчики. Вообще всё, что готовил блондин, было вкусным. Мидория бы под страхом смерти не отказался есть.       — А вот фиг тебе, нечего было спать так долго. И, кстати, я просил тебя купить молоко, где же оно? — гневно сощурившись. Изуку ойкнул. — Вот-вот. Ладно, не трясись, я сам купил. Знаю ведь, какой ты овощ после ночных смен, — усмехнулся Кацуки, переворачивая последний блинчик.       — Прости, в следующий раз не забуду, — Изуку хотел в качестве извинения хотя бы сварить кофе, но заметил, что на столе уже стояли две кружки. Он почувствовал себя бесполезным.       — Сядь уже, — смотря на того, вздохнул Бакуго и поставил тарелку посередине. У Мидории едва слюни не потекли на скатерть, это выглядело забавно. — Приятного.       Много еды они никогда не готовили, так как вот так вместе поесть выходило раз в день и в выходные, а есть одно и то же несколько дней подряд Кацуки не любил.       Наевшись до отвала, Изуку светился от радости, попивая какао. Его иногда поражало то, насколько хорошо его знали: после дневной смены ему нужен был зелёный чай, после ночной — какао, а в выходной с утра — кофе с молоком. А сам он делал для Кацуки кофе только в воскресенье, когда тот спал намного больше, чем в другие дни, — он вставал раньше Мидории все шесть дней из семи. Жуть.       — Каччан готовит лучше всех! Спасибо, — с лучезарной улыбкой поблагодарил Изуку, слыша в ответ фырканье.       — Обычное дело, — хоть тот так и сказал, но парень знал, что Бакуго нравилось, когда его хвалили. Он много учился, работал над собой и пробовал много профессий, чтобы найти подходящую ему. Изуку искренне считал, что это было достойно восхищения.       — У нас сегодня совместный выходной, так здорово. Может, куда-нибудь сходим? Или посмотрим фильм дома? — Мидория был рад такой редкой возможности. Хоть они и жили вместе, но ему было мало Кацуки. Даже если это ненормально, Изуку уже смирился, что сам он одна большая аномалия. Аномалия, не достающая до полки со сладостями. Кацуки будто специально складывал все вкусняшки туда, чтобы поиздеваться над беднягой.       — Я не против, выбирай, — пожал плечами Бакуго, прикрыв глаза. Его лицо было бледноватым, но всё таким же красивым и привлекательным. Сам того не заметив, парень загляделся и пил из пустой кружки, даже не моргая. Какое-то время Кацуки держал его взгляд, думая, что тот вновь начал играть в гляделки, но что-то было не то.       — Чего? — подал он голос, заставив Изуку моргнуть.       — А, ничего. Просто подумал, какой ты красивый, — выдал Мидория с улыбкой. Блондин вскинул брови и ухмыльнулся.       — В твоём вкусе?       — Однозначно, номер один в списке, — поддержал шутку парень и подмигнул, замечая, как на него смотрят уже пронзительней.       — Кто же на втором? — с едва уловимой угрозой. Ревнивый Бакуго равно опасный Бакуго.       — Втором? Щеночки, — с самым невинным видом ответил Изуку и улыбнулся. — Потом котята, птенчики, затем...       — Всё, достаточно, я уже понял, — остановил его Кацуки, вздохнув. Он не переставал удивляться. — Так, что делать будем?       — О, давай сходим посмотреть кино в парке? Говорят, сегодня будет фильм про Всемогущего, — звёздочки едва ли не сыпались из зелёных глаз. Бакуго кивнул, немного подумав.       — Мы столько раз его видели. Тебе он так нравится?             Ничего в словах блондина не было грубого или недовольного, но Мидория почему-то стал почти печальным. Его натянутая улыбка ножом вспарывала сердце.       — Прости, ты прав. Просто мы в детстве много раз его смотрели, когда я грустил... Можем сходить тогда в кинотеатр на новый боевик или фильм про зомби, тебе же нравится такое, — он не упрекал, не настаивал, не злился. Таким Кацуки ненавидел его видеть больше всего. Встав из-за стола, блондин поставил тарелку в раковину, а затем потрепал тёмные волосы.       — Собирайся. Прогуляемся немного, а потом пойдём смотреть на Всемогущего. Возможно, найдём даже тебе новую фигурку с ним, — легко сказал, забирая кружку из рук.       Бакуго стоял и мыл посуду — Мидория поверить не мог, что у него есть такое чудо. Пусть иногда он и вёл себя по-детски, но Кацуки никогда в такие моменты не ругался, не насмехался, ведь прекрасно понимал, что это напоминало парню о детстве, когда с ним ещё была мать. Без неё было тоскливо и грустно, но с ним всегда рядом Бакуго, чтобы поддержать.       — Каччан, ты лучший, знаешь? — отбросив все грустные мысли, воскликнул Изуку, напугав громким голосом блондина. Тот только улыбнулся.       — Разумеется. Иди собирайся, а то без тебя уйду, — пригрозил он. Неожиданно перед его носом оказалось лицо в веснушках, а на губах отпечатался сладкий поцелуй. Отскочив в сторону, Мидория рванул в спальню, сам в шоке от того, что учудил. К его удивлению, Бакуго не спешил мчаться к нему со сковородкой. Изуку смущённо завернулся в одеяло, трясясь от адреналина в крови. Что же он творил? Его могли просто выкинуть за порог после такого.       Через десять минут послышались шаги, и вот тогда парень реально испугался. Они затихли у двери в спальню. От голоса, раздавшегося совсем рядом, Мидория вздрогнул. — Что с тобой сегодня? Я же и правда один уйду, одевайся, — недовольно пробурчал Кацуки. Осторожно выглянув из своего убежища, зеленоволосый уставился на то, как сожитель раздевался, оставаясь в одном белье и выбирая одежду в шкафу. Он закинул на плечо футболку без рукавов, белые штаны и взял в руки зелёную майку, переводя взгляд на спрятавшегося Изуку, тот залился краской. Бакуго кинул одежду тому прямо на лицо, испустив смешок, и вышел из комнаты. В ванной послышался шум воды.       Весь красный, Мидория выбрался из кокона, и начал снимать домашнюю футболку, которая была и не его вовсе. Ему было стыдно, но это ничего не меняло.       «Он не разозлился?.. Может, потом отчитает? Надеюсь, не скажет собирать вещи», — лицо парня выражало высшую степень тревоги. Он вздохнул, сосредотачиваясь на том, что сейчас пойдёт и купит что-нибудь супер классное Каччану, а тот забудет об этом. От такой мысли его глаза загорелись.       — Да, так и сделаю! — решительно сжав кулак.       Причесав волосы с трудом, Изуку начал искать свои очки. К тому моменту Бакуго уже собрался, готовый к выходу. Он наблюдал, как сожитель натягивает второй носок, вертя головой, и что-то бубнит. Естественно, споткнулся о край ковра, и упал. Через секунду радостно поднялся, держа в руках очки, которые нашёл под диваном. Кацуки так привык, что просто принёс из ванной мазь и перекись, обработав ссадину на щеке.       — Всё? — закончив, спросил он. Изуку благодарно улыбнулся и кивнул.       — Да!       — Отлично, пойдём, пока ты ещё что-нибудь не поранил, — качнув головой неодобрительно. Ходячее бедствие.       На улице было тепло, но тяжёлые облака настораживали. Впрочем, об этом не волновался взбудораженный Мидория, который улыбался всему миру, кого-то пугая, кому-то поднимая настроение. Кацуки был из вторых. И у него был потрясающий бонус: он мог видеть его каждый день и спать в одной постели.       — Там мороженое, — кивнул головой в сторону Бакуго. Парень задумался, а потом состроил странное выражение лица.       — И гонконгские вафли, — напомнил с ностальгией. — Хочешь? — ласково улыбаясь. Ну и как тут можно было отказать? Всей грубости в Кацуки не хватило бы на такой поступок.       — Ага. Но половина твоя, — он прекрасно знал, что любил эти вафли не один. Изуку довольно кивнул. Простояв в небольшой очереди, они заказали одно шоколадное мороженое с посыпкой и вафлю. Мидория только потянулся к карману, как вдруг раздалось весёлое «хорошего дня» и его увели от ларька. Пару секунд парень хлопал ресницами, а потом ему в рот запихнули ложку мороженого.       — Не спи, мороженое растает быстро, — учтиво сказал ему Бакуго, кусая вафлю. Они были действительно вкусные.       — Каччан, я... — начал только Изуку, как его снова заткнули мороженым с непоколебимым видом. Намёк был понят.       Они прогуливались вдоль торговой улицы, и парня без конца привлекали всякие красивые безделушки, но, благо, большая часть из них не была куплена. Спокойствие на лице Кацуки разбавлялось лишь улыбкой временами — Мидория выглядел очень мило, когда пытался выбрать, что купить: брелок с именем Всемогущего или с ним же в супергеройской позе. С трудом, но он выбрал первое. Бакуго не сдержался и потрепал его по волосам, заставив вздрогнуть.       — Ты прям фанат, — беззлобно заметил он, хмыкнув. Щёки Изуку покраснели, когда тот попытался что-то сказать. — Мне на собрание нужна рубашка... — только начал говорить блондин, как его схватили за руку и повели в конец улицы к большому торговому центру.       — Нет проблем, — восторг парня был обоснован: на Кацуки всё смотрелось круто, даже старая потёртая футболка, а уж рубашки — тем более. К сожалению, посмотреть на него в официальной одежде удавалось крайне редко.       Мидория не отпускал руки, даже когда они оказались внутри, но и говорить об этом ему не спешили. Нужный магазин нашёлся на втором этаже. Бакуго пожалел о том, что сказал почти сразу — Изуку каждую вторую рубашку говорил ему примерить. И он мерил. В итоге купить вместо одной пришлось две и галстук, в придачу. Ладно, могло быть хуже.       Горящий взгляд прожигал дыру в спокойном лице. Мидория чувствовал, что смог помочь, и это его радовало. Ему постоянно хотелось сделать что-то для Кацуки, ведь тот постоянно заботился о нём. Уборка была не в счёт потому, что это было его основной, почти единственной обязанностью. Хотя и тут его умудрялись ограничивать.       — Спасибо, — еле заметно улыбнувшись. Этого хватило, чтобы Изуку засиял. Даже солнцезащитные очки не спасали от такого, так что Бакуго прикрыл глаза. Наверное, самое дорогое в его жизни — этот парень. Сердце билось громче обычного, когда тот улыбался или смеялся. Разве не это называют влюблённостью? Нет, не то. Кацуки уже давно видел все недостатки Мидории, которых, в принципе, не так уж и много, и принимал всех их за причуды. Глубокая привязанность.       — Каччан, подожди меня у фонтана внизу, хорошо? Мне нужно кое-куда сбегать, — неловко произнёс Изуку под вопросительным взглядом. Одному? Странно.       — Ладно, жду, — Бакуго кивнул и пошёл к лестнице.       Спортом Изуку не занимался, но в этот момент бежал он быстрее, чем когда-либо на физкультуре. Едва не споткнулся, но риск того стоил. Он тяжело дышал и торопливо оглядывал витрины. То, что ему было нужно, не продали. Отлично.       Довольный собой, Мидория забрал покупку, максимально затолкав вглубь рюкзака, и спустился вниз. Кацуки сидел на бортике фонтана, смотря в воду, которая переливалась от света ламп. Какая-то девушка стояла рядом и что-то говорила, но её в открытую игнорировали. Когда подошёл Изуку, блондин поднялся, проигнорировав удивлённую его наглостью девушку.       — Знакомая? — поинтересовался у него парень, чувствуя себя неловко.       — Не знаю её. Просила номер телефона, — его равнодушный тон почему-то успокоил Мидорию.       — А, вот как, — кивнул он. На него незаметно посмотрели с удивлением.       — Стоило дать, думаешь?       Изуку вздрогнул от того, что действительно думал практически об этом.       — Нет, мне это не нужно. И прекрати забивать голову подобной чушью. Мне никто не нужен, — резко пресёк все возражения он. Что-то заставило сердце замереть. — У меня уже есть ты.       Ладонь сжали, не намереваясь отпускать. Мидория покраснел от того, насколько неоднозначно это прозвучало.       — А теперь пошли уже в парк, можем же опоздать на фильм.       Изуку послушно последовал за ним, забывая, о чём думал до этого.       Парк находился в тридцати минутах ходьбы от их квартиры, поэтому потом проблем с тем, чтобы вернуться домой, не было. Место, где собирались показывать фильм, было в самом центре, на расстоянии от проектора стояли кресла-мешки а в стороне были постелены несколько пледов. Пока всё настраивали, люди понемногу собирались и занимали места.       Виновато закусив губу, Изуку заметил, что кресла все заняли, и посмотрел на Кацуки, который доедал мороженое, — они недавно поменялись, и свою вкусняшку Мидория уже съел, — случайно засмотрелся на след от мороженого на чужой щеке. Он слишком поздно осознал, что делал, да и не особо пожалел. Изуку потянулся и аккуратно лизнул кожу. Лицо покраснело до такой степени, что стало напоминать спелый помидор. Удивившись таким действиям, Бакуго замер на месте, а потом, глянув на покрасневшего парня, ухмыльнулся тому прямо в лицо.       — Вкусно? — спросил блондин, издевательски приблизившись. Охнув, Мидория отступил и едва не упал, но его поймали за талию. — Хорошо, только не падай в обморок. Скоро фильм начнётся.       Они сели на плед вовремя — тут же включили проектор и произнесли небольшой перечень правил. Звук из колонок был достаточно хорошим, а картинка — чёткой, но Изуку ёрзал, нервничая. Бакуго несколько раз бросал взгляд, а затем не выдержал и притянул к себе, уложив кудрявую голову на плечо. Мидория от неожиданности забыл, как дышать. Воздух вернулся в лёгкие вместе со смущением. Несколько раз вдохнув и выдохнув, он всё же успокоился и сосредоточился на фильме.       Сюжет был знаком им обоим до мельчайших деталей, каждая реплика заучена наизусть. Неожиданные повороты уже не были неожиданными, но всё ещё волновали. Когда Всемогущий спас людей, большинство зрителей подняли руки в верх и в один голос произнесли всем известную фразу.       — Теперь всё хорошо. Почему? Потому что я здесь!       И Изуку не был исключением. Он вскинул кулак и с широчайшей улыбкой заговорил со всеми. Это было каким-то особенным моментом в его жизни. Бакуго смотрел на него с нежностью, которую испытал впервые по отношению к кому-то. Ему захотелось запечатлеть лицо Мидории на камеру или выжечь в мозгу, но он и так прекрасно знал, что не забудет его выражения.       Когда фильм подходил к концу, Изуку удовлетворённо улыбался, прижимаясь к тёплому боку Кацуки. Ему было очень хорошо. Это был лучший день в году.       — Деку, — шёпотом позвали его. Парень поднял голову и распахнул глаза.       Бакуго целовал его медленно, расслабленно и аккуратно, слегка покусывая губы. Зеленоволосый не знал, куда себя деть, ведь целоваться-то и не умел нормально. Зажмурившись, он лизнул язык Кацуки и углубил поцелуй, вспоминая всё то, что видел и о чём читал. Вживую было намного приятнее и сложнее.       Растерянным блондин не выглядел, вместо этого насмехаясь нетерпению одними глазами. Притянув ближе Изуку, Бакуго отвечал, не мешая тому учиться. Его сердце билось громко и часто от волнения. Как же давно хотелось это сделать.       Задыхаясь, Мидория отстранился, что-то пискнул и закрыл лицо руками. Кацуки тихо рассмеялся. Люди вокруг расходились, не обращая внимание на переполошенную парочку.       — Что, понравилось? Ты разве не ожидал этого, когда весь день вытворял всякое? — вгонял в краску всё больше он и смеялся. Парень простонал, замотав головой.       — Я просто... Нам нельзя! В смысле, я думал, что мы не... Ааа, — путался в словах. Показалось, что Изуку сейчас помрёт.       — Чего? Что значит «нельзя»? — удивился Бакуго, не понимая спутанную речь. Вернее, её смысл.       — Ну, мы же как братья, как же... — посмотрел слезливо на блондина Мидория. Ему понравилось, даже очень.       — Как? Мы встречаемся, Деку, что ты несёшь, — взгляд красных глаз был вопросительным, а не насмешливым. Он говорил серьёзно. Мидория моргал, медленно понимая кое-что простое.       — Чего? — одними губами прошептал он в шоке. — Ты шутишь?       — Погоди... Ты серьёзно? Я думал, мы уже месяц встречаемся. Помнишь, ходили в ресторан? Твой любимый. Я тебе рассказывал о новом месте работы, всякой херне, а ты потом вдруг предложил. Забыл, что ли? — Бакуго сам был удивлён не меньше.       Между ними повисла тишина. А потом блондин засмеялся. Долго, заливисто и завораживающе. Изуку подхватил его смех. Ситуация была предельно нелепой. Он столько времени волновался, а, оказывается, Кацуки помнил о том дне и не шутил. Да, Мидория и вправду предложил это, даже получил согласие, о котором не мечтал. И в тот день на радостях выпил бутылку шампанского, забыв напрочь о разговоре. Что за дурак?       — Хах, ладно, давай сделаем ещё раз. Только не забудь снова, — успокоившись, предложил с улыбкой Кацуки. — Деку, ты будешь встречаться со мной? Будь уверен, уж целоваться я тебя научу, — не упустив возможности засмущать. Изуку ожидаемо покраснел.       — Конечно, — кивнул он и опустил глаза. — Мне понравилось... — тихо проговорил, чтобы услышать было сложнее. Но Бакуго слышал каждое слово.       — Тогда я больше не буду сдерживаться, понял? — поднимаясь и подавая руку парню. Тот принял помощь, всё такой же безбожно красный.       — Хорошо, — а потом решительно поднял голову, почти угрожающе. — Я тоже не буду, — подавшись вперёд, Изуку крепко обнял совершенно не сопротивляющегося Кацуки. Блондин с ухмылкой сверкнул глазами.       — Пойдём домой, задрот, — фыркнул он, без труда высвобождаясь из кольца рук. Мидория пошёл за ним с улыбкой. Однозначно лучший день.              Внезапно он вспомнил об одной маленькой, но важной вещи, которую хотел подарить Бакуго, в итоге совершенно забыв про это. Парень начал ворошить содержимое рюкзака на ходу в поисках.       Его с любопытством спросили:       — Что ты там ищешь? Ключи от квартиры у меня, если что.       — Погоди секунду. Да где же... А, вот, нашёл! — облегчённо выдохнул, слишком переволновавшись. Всё же потерять такое не хотелось совершенно. Приподняв одну бровь, Кацуки внимательно следил за Изуку, что небрежно застегнул рюкзак, пряча что-то в руке.       — Вот, это тебе, — он глубоко вдохнул, сдерживая бьющееся внутри сердце, и протянул небольшую бордовую коробочку. В своей жизни Бакуго никогда не думал, что ему могут подарить что-то, особенно такое дорогое. Не в плане цены, это действие само по себе его обескуражило, ведь ему было неудобно принимать подарки от Мидории. Даже не потому, что деньги они и так делили, но и из-за непонятного чувства. Этот подарок не принять он не мог.       — Деку, ты... Ты ведь только вспомнил, что мы встречаемся. Не слишком ли торопишься? — не то чтобы ему не хотелось, но ведь это не только его решение. В конце концов, Изуку мог пожалеть об этом. Серебристое кольцо с маленькими чёрными камушками красиво переливалось.       — Что? Стой, погоди, ты сейчас пытаешься отказаться? — парень сложил руки на груди и вздёрнул подбородок. — Даже то, что я забыл, не меняет моего решения. Давно стоило это сделать. Хотя найти для тебя красивое кольцо довольно сложно, потому что ты не любишь золото, да и... — его рассуждения прервали, неожиданно накрыв рот ладонью. Бакуго смотрел на него со знакомой насмешкой в глазах, но тепло во взгляде ему полностью скрыть не удалось.       — Слишком много болтаешь. Я согласен, — он примерил кольцо, отмечая, что выглядело оно и вправду неплохо на его руке. Мидория с улыбкой смотрел на это. — Завтра же купим тебе тоже. Что ж ты не сказал сразу? Надо было вместе выбирать, — взъерошивая чужие волосы. Он был счастлив с этим лохматым бедствием.       — Хотел сделать сюрприз, — парень наклонил голову набок, понимая, что облажался. Хотя, времени у них будет предостаточно, чтобы исправить это — буквально вся жизнь.